Он нажал на ручку двери и вышел. Девушка осталась стоять у выхода, моля Всевышнего вразумить хозяина.
Звяканье колокольчика привлекло внимание Мишеля. Он обернулся и заметил Шарлотту. По лицу шевалье расплылась глумливая улыбка. Приняв Гийома за обычного посетителя, Мишель шагнул к двери со словами: «Попалась, стерва!» Выражение, с которым он их произнес, не сулило ничего хорошего. Однако господин Бош не позволил ему войти, оттеснил плечом.
– Месье! – возмутился шевалье, сверкнув глазами.
Он предпринял еще одну попытку войти, но она завершилась так же, как предыдущая. На этот раз Гийом толкнул его сильнее, не пытаясь списать все на случайность. Разъяренный Мишель ринулся в бой, но оказался на мостовой. Его цилиндр слетел с головы и, завертевшись юлой, угодил в лужу.
– Послушайте!.. – отряхнувшись, возмутился шевалье, но Гийом не позволил ему договорить.
– Не собираюсь.
Он ухватил Мишеля за грудки и легко, словно ребенка, приподнял под оханье толпы.
– Если ты еще раз приблизишься к ней, пристрелю. Не уедешь из города, станешь плести козни – упеку в тюрьму. Оттуда ты выйдешь без единого пенни. А теперь извинись и сделай вид, будто все шутка.
Если бы не мизансцена, со стороны казалось, будто Гийом беседует с другом – слишком невозмутимо и флегматично звучали его слова. Никакой агрессии ни в выражении лица, ни в жестах, только предельная сосредоточенность на лице шевалье. Тот тоже, громко сопя, в упор смотрел на противника и, видимо, что-то прочитал в его глазах, раз согласился на условия Гийома, не принял вызов. Правда, извиняться Мишель не стал, злобно зыркнул на стоявшую в дверях Шарлотту и сбежал, оставив в качестве трофея цилиндр. Гийом проводил его взглядом и, отряхнув руки, вернулся к спутнице.
– Зачем вы? – Вместо благодарности она встретила его укором.
– Я держу свое слово, мадемуазель. Смело вычеркивайте шевалье из памяти.
– Но ведь он подлец и попытается отомстить.
Девушка бегло осмотрела Гийома и удостоверилась, что он цел, даже сюртук не пострадал, все галуны на месте. Как неосмотрительно – позволить врагу узнать место своей службы!
– Я раздавлю его, как поступают с гнусом. Давайте пить кофе, Шарлотта, и говорить о бале. Если я сказал: выбросите из головы, то проблема отныне не ваша.
Экономка не разделяла оптимизма хозяина, но вернулась за столик. Услужливая официантка поставила перед ними по чашечке кофе, когда только Гийом успел заказать? Господин Бош больше ничего не взял, а Шарлотта добавила пару макарунов – хотелось заесть неприятный инцидент.
– Перейдем к главному. Вы знакомы с бальным этикетом?
Девушка покаянно опустила голову.
– Хорошо, – продолжал пытать Гийом, периодически отпивая из чашки, – а протоколом подобных мероприятий? Требованиям к платью, прическе, украшениям?
Шарлотта в который раз убедилась, что хозяину следовало выбрать другую спутницу.
– Ничего страшного, – успокоил хозяин, – я подготовлю краткую выдержку и попрошу секретаря подыскать вам портниху.
Девушка представила, как удивится молодой человек, получив подобное задание. Гийом заверил, ничего из ряда вон выходящего нет, на то и существуют подчиненные, чтобы выполнять приказы.
– А как ваши успехи в другом деле? – осмелилась спросить Шарлотта.
– Никак.
То ли действительно так, то ли господин Бош не желал обсуждать расследование в кафе. Шарлотта доверительно наклонилась к нему и шепнула:
– Возможно, стало бы немного легче, месье, если бы вы рассказали мне о проклятии.
Странно, но девушка перестала ощущать себя экономкой. Она сама не могла понять, как вдруг случилась эта перемена, но за столиком кафе Шарлотта раскрепостилась, почувствовала себя госпожой. Да что там, она открыто выказывала расположение мужчине!
– Разве дневник матери не подарил вам разгадку? – удивился Гийом.
Странно, он не рассердился, не замкнулся в себе. Девушка видела лишь легкое напряжение, сквозившее в мышцах лица.
– Увы! – пожала плечами Шарлотта.
Лючия Бош писала слишком запутанно, чтобы понять.
Гийом немного помолчал и сцепил пальцы на столе, словно они давали ему дополнительную опору. Метнув быстрый взгляд по сторонам и убедившись, что соседние столики пусты, а официанты не услышат разговора, он избавился от груза на душе.
– Начнем с того, что мать не покупала зеркало, оно досталось моему прадеду. По легенде, он нашел его у старьевщика, хотя я склонен полагать, все с точностью наоборот – это зеркало нашло будущую жертву. За ним другой мир, Шарлотта, мир желаний. Попадаешь туда и заключаешь сделку с Дьяволом. Прадед не смог устоять и обрек потомков на унылое существование. Я дважды проклят, у меня нет души и сердца.
– Не надо так, месье!
В глазах Шарлотты дрожали слезы. Второй раз за день она потянулась к нему, нежно коснулась ладони. Боль исказила черты Гийома, и он оттолкнул ее руку. Девушка растерянно замерла, не понимая, что происходит. Потом лицо ее окаменело, вернулась привычная строгая маска экономки. Прислуга, и только. Напрасно думать, будто Шарлотта стала для Гийома кем-то большим.
– Простите, месье. – Голос ее звучал сухо, надтреснуто.
