Жизнь в который раз дала пощечину, пора делать выводы, а не взращивать очередной росток глупой надежды.
– Это я должен просить у вас прощения, Шарлотта, – покачал головой Гийом. – Я недостоин того, что вы делаете. И я не хочу погубить вас. Дьявол дарит удачу, богатство, с ним гарантирован успех в делах. Взамен он просит сущую «безделицу» – отдать самое дорогое. Жизнь сестры, брата, сына, мужа… Никто из нас не познает счастья, все, абсолютно все похоронят тех, кого любят. Я появился на свет и до сих пор жив только потому, что мать фактически бросила меня сразу после рождения. И я тоже заключил эту сделку, моим временем навечно стала волчья луна.
– Вы одиноки, потому что?..
Голос девушки дрожал. Она осознала страшную правду, истинную причину странностей хозяина. Он не желал никого убивать своей привязанностью и выбрал вечное затворничество. Темнота, чтобы постоянно напоминать себе об истинной сути, занавешенное зеркало в запертом кабинете, чтобы никто больше не пал жертвой Дьявола, отказ от элементарных плотских радостей и работа, способная, по мнению господина Боша, искупить грехи. Как страшно! И как несправедливо!
Гийом кивнул и отвернулся. Даже он не смог совладать с эмоциями.
– Мне следует искать новую экономку? – глухо спросил господин Бош и таки допил кофе.
Напиток потерял вкус и запах, больше не доставлял удовольствия. На языке только горечь.
– Я остаюсь, месье. Мы разорвем порочный круг.
– Вряд ли! – грустно усмехнулся Гийом и, взглянув на часы заторопился. – Время в вашем обществе пролетело незаметно. Надеюсь, я не слишком вас напугал или расстроил. К ужину не ждите, я засижусь допоздна.
Шарлотта кивнула и мысленно закричала: «Только не избегайте меня, месье!» В ней вспыхнула небывалая ненависть к прадеду Гийома. Теперь понятно, как он возвысился. И ничуть не горевал. Что такое счастье? Пустой звук. Подумаешь, жена, можно найти другую. Или ребенок – родится еще. А деньги дарят власть, столь желанную для потомка некогда влиятельного рода. Сегодня же девушка разобьет зеркало вдребезги! Хватит, оно довольно мучило Бошей. Лучше пусть Гийом попадет в немилость, чем станет слоняться по холмам возле загородного дома до скончания века. Шарлотта живо представила одинокую фигуру, склонившуюся над ночными цветами, с тоской смотрящую вдаль, на спящий мир счастливых и не очень людей. Но у каждого из них будет семья, которой лишил себя хозяин.
Гийом стоял у окна и думал. Следовало бы работать, а он возвращался мыслями к прошлому, раз за разом прокручивал в голове события дня. Господин Бош поступил опрометчиво, совершил столько ошибок. Например, дал понять, будто между ним и Шарлоттой могло возникнуть нечто. Он усмехнулся, наблюдая за тем, как фонарщик открывает колпак очередного фонаря. И эти откровения, разве они уместны за чашечкой кофе? Что с ним произошло, почему Гийом не пресек любопытство экономки? Виной всему она, ее тревога, рука, в отчаянье ухватившая его руку, когда мужчина собирался разобраться с Мишелем Гадаром. Одной гадкой, масленой улыбки шевалье хватило, чтобы понять, он не внял предупреждениям. Гийом не сомневался, молодой человек оказался на нужной улице не случайно, должность научила его не верить в совпадения. Раз так, кто-то проследил за Шарлоттой, направил Мишеля по нужному пути.
Единственное, о чем сейчас не жалел господин Бош, – о славном ударе в плечо. Хотя нет, жалел – следовало отпечатать кулак на лице мерзавца. Шарлотта переживала, что шевалье запомнит форму, но разве задача полиции не оберегать слабых? Пусть жалуется на должное исполнение обязанностей представителя власти.
Фонарщик перетащил лестницу дальше от здания управления, превратился в неясный силуэт, а господин Бош все не двигался с места. Пальцы его приросли к мраморной плите подоконника, взгляд давно ничего не видел.
Та девушка, она поверила ему, доверилась, а он… Нетрудно догадаться, что попытается сделать сердобольная Шарлотта, Гийом обязан оставить ее. Любила ли она его? Нет. Только эта убежденность вселяла спокойствие в сердце, иначе господин Бош давно утонул бы в темной пучине. Любил ли он ее? Тоже нет, но страстно хотел уберечь от проклятия зеркала. В клуб Гийом сходит сам, пора преодолеть еще один страх, признать себя таким же ненормальным, как Ануш и прочие обитатели оборотной стороны ночи.
