Нажмутдин морщился.
– Он попал в тебя? – невозмутимо спросил Волк.
– Бронежилет выдержал. Но ребра, кажется, сломаны.
– На выход. Быстрее.
Эмир уже слышал топот ног на лестнице. Несколько человек торопливо спускались на первый этаж, услышав выстрелы.
– В микроавтобус!
Они выскочили на улицу. Волк обернулся и дал в сторону лестницы длинную очередь, после которой мало найдется желающих сразу же выскочить из проема. Раздался звон разбитого стекла.
Нажмутдин, по-прежнему держа на руках Абубакира, вскочил в микроавтобус. Волк наставил на пожилого водителя автомат и, ухватив за шиворот и за волосы, выбросил наружу, лицом в асфальт, а сам занял его место. Поворот ключа, и дизельный двигатель довольно застучал. С автоматической коробкой передач Нариман ездил только в Америке, когда готовился там к соревнованиям. Но легко все вспомнил и справился без усилий.
Микроавтобус легко развернулся и двинулся в сторону больничных ворот. Крупный животастый «мент»-охранник бегом бросился открывать ворота. Ему с неожиданной для его массивной фигуры ловкостью удалось увернуться от бампера микроавтобуса, который пожелал его зацепить и сбить.
– Куда же теперь, эмир? – с отчаянием в голосе спросил Нажмутдин и сам же дал ответ: – Только в лесу или в горах можно спрятаться.
– Поедем в село. Мать спрячет. Ругаться будет, но спрячет. Где-нибудь в подвале отсидимся, пока все не уляжется. Сейчас главное – выехать из райцентра. Дороги наверняка заблокированы.
– Нашу машину могут и не остановить. Включи «сигналку».
– А где она включается?
– А кто же ее знает, – поморщился Нажмутдин и стал снимать «разгрузку», а за ней и бронежилет. Все это было надето поверх спортивной майки, что вместе с короткими штанами выглядело достаточно комично. Толстые и очень длинные пальцы великана принялись искать в бронежилете застрявшую пулю. Наконец Волк увидел в салонное зеркало заднего вида, что пуля найдена, а пришедший в себя Абубакир, уложенный на соседнее сиденье, вытащил из ножен и протянул товарищу свой узкий тонкий нож.
– Проверь коротыша на сотрясение мозга, – попросил эмир.
Он сам когда-то после недалекого взрыва мины проверял великана, у которого болела голова, и надеялся, что Нажмутдин все помнит.
Эмир Волк, оторвав взгляд от зеркала, стал искать, где включаются сирена и проблесковый маячок. С четвертой попытки ему удалось найти кнопку и тумблер. Механизмы «сигналки», как оказалось, включались по отдельности. Теперь была надежда, что на выезде из райцентра их не остановят. А если остановят, придется принять бой. Обычно на посту дежурит только машина ГИБДД. Эмир не знал, что посты усилены и дополнены машинами патрульно-постовой службы. Но «сигналка» на крыше микроавтобуса просто обязана сыграть свою роль. Иначе придется остановиться и дать несколько очередей.
Так все и получилось. Вернее, почти так. «Менты» из машины ППС и не думали останавливать машину Следственного комитета, которая к тому же через их пост по дороге в райцентр уже проезжала. Но дежурный старший лейтенант ГИБДД, только-только заступивший на пост, в последний момент вдруг решил поднять свой жезл и, когда микроавтобус проехал дальше без остановки, бросился к своей машине, желая начать преследование. Но сержант ППС остановил его жестом и словами:
– Да наши это, наши. Они уже в поселок проезжали. Теперь назад спешат. Спать им, похоже, пора… А нам тут до утра торчать…
Старший лейтенант вернулся на дорогу, вдали показались новые фары. А сзади светили другие, причем вторая машина ехала с включенной сиреной и проблесковым маячком, словно гналась за первой. Это автоматически значило, что переднюю машину следовало остановить.
– Пронесло! – сказал Нажмутдин и перевел дыхание. – Сработала «сигналка». – И он отложил в сторону автоматы.
Великан намеревался стрелять через открытую сдвижную дверь сразу с двух рук. Два автомата, собственный и убитого в больнице омоновца, лежали под рукой и у эмира. Он намеревался стрелять так же, благо сильные до сих пор руки позволяли ему это делать. Отличие заключалось в том, что Нажмутдин держал автоматы при стрельбе так, как держал бы пистолеты, и они не казались бы со стороны тяжелым оружием. А Нариману пришлось бы подсовывать приклады под локти и прижимать к своим бокам.
Третий автомат, раньше принадлежавший водителю микроавтобуса, лежал за сиденьем, и эмир видел только его раструб. По нему он опознал «тупорылый» «АК-74У». Оставлять оружие в машине эмир не собирался. Думал, когда все завершится, следует подарить автомат Абубакиру, который больше подойдет ему по росту, чем полноразмерный автомат.
Эмир Волк напряженно всматривался в освещенный светодиодными фарами участок дороги, притормаживая перед ямами, которые дорогу усеивали излишне обильно. Но скорость если и сбавил, то только незначительно.
Достаточно быстро они добрались до поворота в родное село эмира, куда вела полностью грунтовая дорога, местами посыпанная мелким гравием, который в жаркую погоду нещадно пылил. Но сейчас погода была нежаркая, и пыли не было – результат недавнего дождя.
