Абубакир, всегда готовый услужить любому, тут же оказался рядом с пожилой женщиной, взял в руки связку ключей и сразу по одному лишь виду нашел нужный. Сунул ключ в замочную скважину, дважды провернул, и ворота распахнулись. Джавгарат в благодарность погладила его по голове. Коротышу, возможно, было больно, но он, отвыкший от материнской ласки, даже не поморщился. В гараже стоял пикап «Мерседес-Бенц». Видимо, брат Омахан в самом деле сумел хорошо развернуться, если на такой машине ездит!
– За кузовом – лаз в подвал, – объяснила Джавгарат.
– А если на чердак? – поинтересовался Волк. – Там, наверное, теплее…
– На чердаке Омахан бильярдную устроил. Там дверь не закрывается. Сидите здесь уж. Рано утром Омахан поедет на базу за продуктами, не пугайтесь. Он знает, где вы.
Старуха внезапно выхватила у сына один из автоматов. Проверила наличие патронов в магазине, демонстрируя свое умение пользоваться оружием. Волк понял, что она желает забрать один автомат себе.
– Зачем тебе? – спросил он прямо.
– Тебя застрелить, – беззубо улыбнулась Джавгарат.
Он принял это за неуместную шутку и предложил:
– Ну, стреляй…
– Потом, – отмахнулась она.
Забирать автомат у матери Волк не стал.
– Моя мама тоже была такая же немногословная и деловая, – уже в подвале мечтательно протянул Абубакир.
– А кто тебе сказал, что моя именно такая? – поинтересовался Волк.
– Я же вижу, – ответил карлик.
– За ними! – скомандовал старший следователь.
Вовремя успел заметить перемену в направлении движения и полицейский «уазик».
Резина на колесах «уазика» спецназа была почти лысая, и поэтому, когда автомобиль затормозил перед дверьми, он прямо по тротуарной плитке проехал еще несколько метров. А у микроавтобуса Следственного комитета резина была почти новая, поэтому он остановился ровно там, где надо. Сдвижная дверца уехала вбок, и парни в черной униформе, в бронежилетах и при оружии выскочили раньше спецназовцев. Таким образом, группа захвата первой ворвалась в здание. Следом за микроавтобусом подлетел к зданию и «уазик» местной полиции. У него тормозная система тоже оказалась не в лучшем состоянии, и автомобиль ударил стальным, мощным и тяжелым бампером входную дверь. Местные омоновцы старались не отставать от своих коллег из столицы республики. Мансур Ниязович торопливо посторонился, пропуская в здание спецназ военной разведки – все офицеры спецназа были вооружены автоматами, а у полковника при себе имелся только штатный пистолет Макарова с его восемью патронами. Но затворную раму своего пистолета он успел передернуть еще на подъезде к хирургическому корпусу, чем заставил сопровождавших его омоновцев думать и действовать быстрее.
Бойцы ворвались в коридор первого этажа. В то же время вышел в коридор заспанный дежурный врач, мужчина солидного возраста, на ходу натягивающий белый халат. Окончательно проснулся он только после того, как полицейский «уазик» выбил дверь и посыпалось разбитое стекло. Он благополучно проспал стрельбу на втором этаже. Увидев лежащую под столом дежурную медсестру, он бросился к ней на помощь, стал разматывать скотч, а в это время сама медсестра пыталась что-то сказать, но получалось только мычание, поскольку полоска скотча не позволяла ей разговаривать. Руки были развязаны, и с лежащей медсестрой тут же поравнялись парни из группы захвата. Она тут же сорвала полоску скотча со рта и показала пальцем направление:
– Они туда побежали, к лестнице! На второй этаж!
Видимо, после нападения она сознания не теряла, но сейчас, приложив широкую пухлую ладонь себе ко лбу, почувствовала кровь – приклад автомата рассек ей кожу. Только сейчас медсестра начала терять сознание. Пожилой врач растерянно смотрел на вооруженных военных и не знал, что делать. Он хотел было встать и двинуться вместе с омоновцами и спецназом в сторону лестницы, но жест и твердая рука капитана Одуванчикова остановили его.
– Ей помощь окажите, – показал командир роты на медсестру.
– Да-да… – согласился врач.
Он попытался поднять раненую на руки и унести, но сил откровенно не хватило. Врач вздумал протащить медсестру к себе в кабинет волоком и взял ее за подмышки, отчего у нее с ноги свалилась домашняя тапочка – медсестра на службе переобувалась.
Тут на помощь врачу подскочил старший лейтенант Скорогорохов. Он поднял объемную медсестру на руки и хрипло спросил врача:
– Куда?
– В ординаторскую… – ответил врач и первым вошел в кабинет, который только что покинул, не забыв пошире раскрыть дверь перед старшим лейтенантом с медсестрой на руках. – Вот сюда ее уложите, я ее накрою. Спасибо.
