Я не знаю откуда взялись силы. Наверное, просто осознала, что спасать меня больше никто не придет… Извернулась, вонзила зубы в руку, зажимающую мне рот, пнула изо всех сил ногой назад наугад и с удовлетворением услышала возглас боли, а еще почувствовала ослабнувшую на миг хватку. Этого мига оказалось достаточно, чтобы вырваться на свободу и огласить лес оглушительным криком. Все это время у меня не было возможности наблюдать за дерущимися волками, но теперь вдруг вновь заметила метнувшуюся мимо черную тень. Она навалилась на удерживавшее меня только что лохматое человекоподобное существо с волчьей мордой, повалило его в снег, вцепилось зубами в горло с прежней молчаливой злобой и принялось рвать, трепать, грызть его в полном беспамятстве. С трудом разглядела где-то в стороне бездыханное тело белого волка в окровавленном снегу. Завопила вновь, увидев, как кровь брызнула и у новой жертвы, которая уже обратилась рыжим волком и больше не сопротивлялась, лишь извивалась и жалобно скулила.
Не успела и глазом моргнуть, как черное чудовище выросло прямо передо мной, лохматое, тяжеловесное, грозное. Черная, как ночь, шерсть лоснилась в слабом, отдаленном, едва проникающем сюда свете Луны. Горящие желтым глаза убийцы приковали взглядом к месту. Из мощной груди хищника вырвался гортанный клокочущий рык. Верхняя губа на страшной морде дернулась вверх, обнажая острые окровавленные клыки.
Нет, нет, нет, нет… — тяжело стучало сердце в висках. — Нет, нет, нет, нет… — пульсировала во всем теле кровь, почему-то приливая к коже. Черный волк будто гипнотизировал взглядом, отправляя приказ моему подсознанию подчиниться. Я, наверное, просто сошла с ума, потеряв всякий страх на эти мгновения… Волк стоял всего метрах в пяти от меня. Один прыжок — и он бы меня прикончил. Только я все равно развернулась и бросилась бежать из леса, к свету, бессмысленно ища там спасения и, наверное, предпочитая, чтобы на меня напали со спины, потому что слишком страшно было столкнуться с этим черным ликом смерти нос к носу.
Я не знаю, сколько прошло времени… Минута… три… пять… В голове уже не было ни одной мысли. В воцарившейся тишине зимней ночи я слышала только свои собственные звуки — тяжелые удары сердца, сбившееся дыхание и хруст снега под ногами. Волосы растрепались, мороз обжигал лицо, куртка то ли расстегнулась у шеи, то ли оказалась разодранной кем-то из этих монстров. А, может быть, я просто потеряла где-то и шарф. Вырвалась из ловушки леса на свет и почему-то почувствовала облегчение. Бежала до изнеможения еще, бог знает, сколько времени, а потом упала в снег, совершенно лишенная сил.
Когда услышала где-то совсем близко громкий волчий вой, почему-то тут же его узнала. Со всех концов на этот дикий вой отозвались и другие волчьи голоса, далекие, смирившиеся с поражением, признающие победителя, но все равно звучавшие торжественно, независимо и вольно. Резко развернулась, перевернувшись на спину, и увидела в нескольких метрах от себя огромного лохматого черного волка. Вся его поза — широко расставленные сильные лапы, гордо поднятая голова, обличали статус вожака. Страх сковал меня всю. Откуда-то поняла, что убежать он не позволит. Изумленно смотрела в черные сверкающие звериные глаза и не могла оторвать взгляд или двинуться с места, даже когда волк приблизился, даже когда он навис надо мной, тяжело придавливая передними лапами к земле, даже когда прямо на моих глазах он вдруг тряхнул головой и начал постепенно менять форму. Прямо перед моим лицом звероподобные очертания постепенно преобразовались в получеловеческие, затем в человеческие, пока не увидела склонившегося над собой обнаженного мужчину с ворохом черных локонов на голове. Красивое мужское лицо казалось бледным в свете луны, а на губах и щеке ясно виднелась размазанная кровь.
Наши взгляды встретились — мой запуганный, ошарашенный и одновременной восхищенный, и его голодный, звериный, холодный. Те глаза, что я видела раньше у Дениса, вовсе не походили на эти, волчьи… они не умели улыбаться, они не знали жалости, в них не отражались проблески совести.
