Волчий облик полностью

Четвертый раз, удивился Дерек, с этой местностью нечисто. В юности Лэннимер побывал там и помнил темные мрачные леса, нависающие горы, редкие деревеньки за высокими глухими заборами. Маг пролистал дело, не обнаружив ничего нового. Две смерти в полнолуние; люди отчаянно сопротивлялись и сумели нанести оборотню тяжелые раны. По кровавому следу его и нашли. В доме обнаружен глубокий подвал, где оборотень пережидал ночи превращения. В этот раз что-то помешало ему спуститься туда, он превратился, вышел на охоту и попал на двух вооруженных парней. Во всем сознался без пыток, был казнен.

Дерек отложил папку и обернулся на звук шагов. В кабинет входил Алистер со стопой переплетенных в кожу бумаг.

— Лагрейд в камере буянит, — сообщил он.

— Чего хочет? — осведомился Дерек.

— Кричит, что всё подстроено, что он ни в чем не виноват и никого не убивал, — печально вздохнул дознаватель. — Ругает тебя и меня.

— Тебя-то за что? — серьезно спросил Лэннимер.

— А тебя? — вернул ему Алистер.

Они засмеялись, но как-то принужденно.

Дознаватель сел.

— Кофе ты, конечно, выпил, — заметил он. — Ничего, я распорядился сварить еще. Подождем.

— Подождем, — согласился Лэннимер. — Я успею дочитать последнюю папку.

— Хорошо. Я прочитал всё это, надеясь встретить фамилию "Лагрейд" или другую фамилию из родословной Михаэля, — Алистер покачал головой. — Не нашел, однако обнаружил много интересного.

— Например, историю с Митом? — спросил Дерек, открывая последнее дело.

— Это тоже.

Лэннимер подивился тому, как устало прозвучал его голос. Он оторвался от бумаг, посмотрел на дознавателя.

— Алистер, ты когда-нибудь отдыхаешь?

— Всё реже, — признался дознаватель. — Меня постоянно тревожит мысль: не ошибся ли я с делом Лагрейда или с другим. Вдруг произойдет так, что казнят невиновного, — он увидел, каким тревожным стал взгляд Дерека, как изменилось его лицо, сделавшись настороженным, успокаивающе улыбнулся и махнул рукой: — Не обращай внимания. Это старость.

Лэннимер вымученно улыбнулся.

В дверь постучал слуга, принесший поднос с горячим кофе. Пока Алистер медленными глотками, наслаждаясь, смаковал ароматный напиток, Дерек начал читать последнее дело, и чем дальше вчитывался, тем сильнее изумлялся.

1364 год. Январь. Полнолуние, совпавшее с лунным затмением. Равенское. Огромный волк напал на женщину прямо на улице, загрыз и исчез. На следующий день к дознавателю явился старик по фамилии Заарен и заявил, что этим волком был его сын. Дознаватель на всякий случай арестовал всю семью и продержал в камере до полнолуния. В волка превратился лишь один, другие остались нормальными людьми. Старый Заарен говорил — его сын заболел странной болезнью, после которой его облик и поведение постепенно начали меняться. Он вел себя, как дикий зверь. Старик, видимо, был убедителен, поскольку дознаватель отпустил всех, кроме его сына. Под пытками (куда же без них, подумал Дерек) парень кричал, что вся его семья — оборотни, только они скрывают это. Их снова арестовали, продержали до полнолуния — ничего. Дознаватель обратился к магам из Академии.

— Алистер, — оторвался от чтения Дерек, — отчего до тысяча трехсотого года дознаватели, занимаясь делами оборотней, не обращались за помощью к волшебникам?

— Они в этом не нуждались, — ответил дознаватель. — До тысяча трехсотого образование можно было получить исключительно в Академии. Туда брали всех, а не только людей с магическими способностями. И не с тринадцати лет, как последние полтора века, а с десяти.

— Вот как? — заинтересованно произнес Лэннимер. — Не знал.

— Удивительно, — заметил Алистер. — Ты — и не знал.

Дерек вернулся к папке.

Итак, дознаватель обратился к магам из Академии, и те посоветовали ему проверить кровь всех членов семьи Заарен на серебре. Результат отрицательный. У всех.

А на каком серебре проверяли, подумал Лэннимер, не похоже, что на самородном. И тотчас нашел в деле подтверждение: дознаватель использовал обычную монету. Не увидев нужной реакции, он отпустил всех. Только парня, превращавшегося в волка, казнили в тот же день.

Дознаватель сработал грубо, поразмыслив, решил Дерек, старик отдал сына правосудию намеренно. Вся семья являлась оборотнями, но парень превращался в зверя вне зависимости от желания и терял разум при этом. Из-за него могли казнить всех, поэтому старик выбрал наименьшее зло, пожертвовав сыном.

Алистер смотрел на Дерека поверх чашки.

— Старый Заарен — личность уникальная, — сказал он. — Сохранил семью, отдав сына. Только высшим силам известно, чего ему это стоило.

Лэннимер закрыл обложку и положил папку на гору прочитанных дел.

— Я насчитал четырнадцать дел об оборотнях, — мягко сказал он. — Ты говорил о пятнадцати.

— Я не обсчитался, — отозвался Меррик. — Вот пятнадцатое, — он протянул Дереку те документы в кожаной обложке, которые принес с собой.