— Не юлите, — встал на защиту девушки Иргид. Я усмехнулась про себя — они всё-таки держатся вместе, несмотря на то, что внешне они стараются это не демонстрировать. — Что вы этим хотите сказать?
— Я ваш наставник, — огорошила я учеников новостью.
— Что?! — вскричали хором дети.
— Этого просто не может быть, — начал Олан. — Для этого вы должны были бы связаться с нашими родителями.
— А это невозможно, — пояснила Эрбель. — Они уже мертвы лет десять.
От меня не ускользнуло выражение лица Иргида, который виновато опустил глаза вниз. Неужели он что-то знает о судьбе своих родителей?
— Иргид, — от моего громкого обращения юноша неестественно дернулся, словно преступник, пойманный на месте преступления. — Поведай нам то, чего не знают твои друзья.
— Они живы, — нервно проговорил Иргид. — Не все, но живы.
Над поляной повисла тишина. Никто из ребят и звука не проронил, настолько они были шокированы новостью.
— На моем теле есть татуировка, — начал Иргид. — Основа такая же, как и у вашего клейма — мой прапрадед разработал его, но принцип уже другой.
— Ближе к делу, Иргид! — не выдержала Эрбель.
— Так вот, — он нервно облизал губы. — Суть моей татуировки в том, что она может сообщить мне, кто из членов моей семьи жив, кто болен или при смерти, а то и вовсе умер. Вы сказали, что вы наш наставник, значит, как минимум один из наших родителей жив.
— А не означает ли это, — медленно протянул Олан. — Что они стали смертниками?
— Да, — подтвердила я его догадку. — И перед ними я взяла за вас ответственность.
— Несмешная шутка, — Эрбель поднялась со своего места. — Вы не понимаете, что нас снова дурят? Хватит на подобное вестись!
— Ты думаешь, я в восторге от того, что должна обучать горстку сопляков, которые возомнили себя светилами всех миров? — спросила я ее. — Ради вас мне пришлось оставить друга, которому очень нужна моя защита. Кроме того, возясь с вами, я сама теряю свою сноровку, которую годами отрабатывала в настоящих боях, а не в тепличных условиях, — меня уже порядком стала раздражать заносчивость девчонки. — И не думаю, что ваши родители просто так стали смертниками. Я не знаю никаких подробностей их предательства, но скорее всего именно из-за вас они выбрали этот путь, — обвела я их пальцем. — Мне совсем не льстит то, что ваши родители избрали меня наставником для своих детей. Отец Иргида пожертвовал своей жизнью для того, чтобы остальные смогли взять с меня это обещание, — ученики тихо ахнули, а Иргид не сводил с меня изумленного взгляда. — Не считайте своих родителей умнее всех. Если бы они были такими, то всё ещё были бы рядом с вами и не совершали глупых поступков. И вы сейчас живы только потому, что с помощью ваших жизней можно контролировать ваших талантливых, но глупых родителей.
— Не смейте оскорблять наших родителей! — вскричала Эрбель, а остальные дети молча слушали, не выказывая никакого недовольства.
– Видимо, ты больше всех провела времени с родителями, не так ли? — уточнила я, а девушка лишь плотнее сжала губы, превращая их тонкую линию. — Тебе обидно, что родители выбрали свое дело, а не тебя.
— Да что вы вообще знаете о нас! — в приступе ярости крикнула Бель. — Вы никто! Просто мусор!
— Который ваши родители избрали наставником для вас, — спокойно прокомментировала я. Сейчас мне казалось, что я всё-таки перегнула палку с ней, но сказанного уже не вернёшь. — Этот мусор может научить вас выживать там, где дохнут остальные, — девушка презрительно хмыкнула. — По крайней мере, у вас появится хотя бы шанс выжить, — я повернулась к ним спиной — в знак того, что не считаю их опасными. — Вам пора на занятия, — слегка повернув к ним голову, закончила я с ними разговор и направилась к избушке напрямик через лес.
До избушки я так и не дошла — кушать захотелось, поэтому развернувшись, пошла к столовой, где как раз и столкнулась со Светорадой. После нашего последнего разговора, когда я ей нагрубила, мы больше не виделись или, вероятнее всего, старательно избегали встречи друг с другом. Я наткнулась на длака, когда она ставила поднос с едой на стол.
— Доброе утро, — без эмоций пробормотала я, но женщина, кажется, была погружена в свои мысли, потому что, услышав мой голос, она вздрогнула.
— Ах, это ты, — Светорада опустила глаза.
— Присоединишься ко мне? — садясь за стол, спросила я её, и женщина молча села напротив меня, не проронив ни слова, лишь пристально оглядывала меня.
Некоторое время мы сидели молча, пока я наслаждалась кашей.
— С тобой что-то не так, — наконец выдала Светорада.
— Ошибаешься, — ответила я ей. — Я такая же, как и раньше.
— Да я не это имею в виду, — отмахнулась от моих слов женщина. — Гипс! — вскричала она. — Неужели твоё плечо зажило так быстро?
— Нет, — покачала я в ответ. — Мне его излечила Маирита.
— Ааа, — на её губах появилась слабая улыбка. — Значит, вы подружи…
— Не совсем, — перебила я ее, доев последнюю ложку молочной гречневой каши. — Они вчера у меня ночевали, вот и поболтали заодно, — я пожала плечами. — Но они мне не доверяют.
