— Только по возвращении в родовой замок. А до тех пор ты — под строгой стражей. И даже не вздумай сейчас спорить. Или останешься под замком до конца войны.
Глава вторая.
Пограничье Лингарда с Тенмаром.
Королевские рыцари обижены не меньше Корделии. Еще бы! Вместо славной битвы — сопровождать домой нашкодившую девчонку!
Обижены — как и она. И так же покорно исполняют монарший приказ. Кто и когда осмеливался прекословить властной королеве Гвенвифар? Никто — от последнего слуги до принца-консорта. С того самого дня, как тяжелый золотой обруч лег на ее густые темные волосы. Когда юная принцесса — уже королева! — огнем и мечом подавила первое в ее царствовании восстание. Сровняв с черной выжженной землей прежде гордые замки непокорных врагов. И уничтожив их род под корень. Вырезав.
Отец с несговорчивой матерью не спорил никогда. Знал, что бесполезно. Зато всегда понимал самую строптивую из дочерей — как никто другой.
Как же еще далеко до ближайшего привала! Сюда Корделия летела как на вольных крыльях, а обратно тащится побитой собачонкой. Вдобавок — с позором вышвырнутой вон.
Месяц Заката Лета что-то задержался. Сухо, жарко. Искупаться бы! Хоть вон в той неспешной реке. А то она течет мимо уже змеи знают, какую милю. Дразнится.
А почему бы и нет? Конвойные рыцари прекрасно знают, что опальная принцесса больше не сбежит — дала слово. Они и сами не отказались бы окунуться — по очереди.
И не исключено, что отныне Ее Величество мать станет брать с непокорной Корделии кровную клятву по любому пустяку. На всякий случай. Чтобы обезопасить Изольду и ее будущую власть.
Ладно, хоть вообще за шитье надолго не засадила! Осторожный папа боялся и этого.
Какой все-таки незаслуженный позор! Оставить дома вместе с Тарианой и Илейн — Корделию! Обученную воительницу и способную ворожею! Со скромной вышивальщицей Тарианой и носа не высовывающей из дряхлых свитков Илейн. Вместе скучать и перебирать иноземные шелка и древнюю пыль. Дышать чужими победами и не сметь даже руку протянуть к своим.
Одна сестра тревожится о муже, вторая — о любимом женихе. А Корделии с ними что делать? Читать? Вышивать? Страдать? Мечтать? Почти всё это — не ее удел и уж точно не ее призвание. Да и мечты у нее — другие. Вольная орлица не пасется с кроткими ланями. Боги создали ее не затем, чтобы послушно жевать траву.
Корделия — дочь Гвенвифар Снежной Пантеры и родная сестра Изольды Смелой. Кстати, не столь уж сильно ей уступающая — что бы там суровая мать ни говорила. Но Изольду королева берет в яростные битвы уже шестой год. А что хочет сделать из Корделии? Турнирного бойца? Домашнюю курицу? Трепетную лань?
Бездна! А также прах и змеи!
Неужели трудно просто доверять? Ведь Корделии не нужны северная корона, древний престол, вечные интриги. Только яростно драться в славных битвах. Водить верных рыцарей в бой. Защищать мать, Изольду и Лингард. Так почему — нельзя? Этак еще немного — и точно острую иглу с шелковой нитью вручат. И впридачу — будущего жениха.
— Ее Величество просто беспокоится о вас, принцесса.
Какой же жалкий у изгнанной Корделии сейчас вид — если ей уже сочувствуют вслух!
— Понимаю, — сквозь зубы процедила девушка. Пытаясь гордо расправить плечи. И взглянуть… той самой орлицей.
Толку-то — если прежде полдня ехала с понурым видом. И повешенным носом. Точно — бескрылая курица.
«Понимаю»! А вот ее саму гораздо лучше понял бы только умный и чуткий отец! Встретить бы его по дороге! Но столько удачи не бывает.
И отпустить бы назад весь расстроенный конвой! Корделия и одна бы прекрасно доехала. Сюда-то — получилось.
Особенно — у вооруженной! И без «амулета».
Мать не только отняла у нее верное оружие. Еще и нацепила на непокорную дочь «браслеты». Сковала ее Силу, чтобы «смирить нрав». И «научить исполнять приказы».
О, королева — добра. Никаких неудобств. Кроме разве того, что чувствуешь себя… Тарианой. Только без ее рукодельных талантов.
И теперь на жалкую долю Корделии осталось лишь бесконечное ожидание. А еще прежде — долгая дорога и серая пыль на далеком горизонте. Аж жаркое солнце застилает.
Пыль? Не может быть! Войско отца идет этой же дорогой? Быстро же он его привел.
Теперь всё будет хорошо! Ну, почти…
Мама просто привыкла недооценивать. Что младшую дочь, что мужа. А они… Вон какой папа молодец!
— Едем навстречу! — приказала терпеливым конвоирам Корделия. — Мой долг — поприветствовать моего отца и принца-консорта. И успокоить его, что мой неудачный побег обнаружен.
Нет, разрешить ей сражаться папа не вправе. Или даже снять «браслеты». Но, по крайней мере, вернет наконец оружие.
Точнее, даст другое. Он — мастер обходить дурацкие мамины приказы. Научился за долгие годы.
Папа… Вот уж кто всегда понимал Корделию. К кому первому она всегда бежала с раннего детства. С любым горем. Начиная с разбитого колена и кончая очередным «нельзя». А он терпеливо выслушивал, сочувствовал, утешал, советовал…
