— Бой нам сейчас не принять, — коротко заметил Мордред. Похоже, обстановку уже оценил и он. — Их слишком много. И даже сли мы их каким-то чудом перебьем, они успеют позвать на помощь. А поблизости это не единственный отряд.
Это Корделия сейчас настолько ослабела, что теперь прилично отстает от них обоих.
Диего, возможно, тоже, но он-то сильный Магом не был никогда.
— Ничего не поделаешь, — вздохнула Морриган. — Все за мной.
И развернулась назад.
— Куда ты хочешь пойти? — быстро уточнила Корделия.
Почему-то вдруг вспомнились мертвые голоса в лунном колодце. Предрекающие прямой путь в Бездну Льда и Пламени тому, кто смеет шутить с Тьмой.
Ланцийская графиня резко повернулась к лингардке:
— Ответ тебе не понравится. Но когда за тобой гонится кровожадное чудовище, на помощь лучше позвать другое. Еще поопаснее.
Глава двадцать восьмая.
Ланцуа, Веаран.
На сей раз в черни небес — снова луна. Уже убывающая. Что не мешает ей смеяться над невезучими беглецами.
Может, беглецам стоило задержаться в подземных катакомбах еще на несколько дней и ночей? Но что толку, если неутомимые враги уже взяли след? И не собирались ни снимать осаду, ни прекращать охоту.
Так бывает, когда умрешь либо ты, либо тот, кого ты преследуешь. Исильдур не прощает ни малейшего промаха. Даже намека на малейший промах.
А последние припасы закончились еще вчера. И пить воду с грязных стен в этих катакомбах просто страшно. Вековая грязь здесь — еще не самое страшное и опасное. В лучшем случае, просто отравишься и пролежишь пару дней пластом. С трудом доползая до какого-нибудь ближайшего тупика, чтобы не гадить при своих.
Не говоря уже о том, что… Может, Мордред и Морриган ничего такого и не чувствовали. А Диего просто слишком ослаблен — после всего, что выпало ему на долю. Но Корделия видела жуткие кошмары каждую условную ночь. И будто наяву слышала злобное, предвкушающее шипение огромных змей. И подползали они к ней с каждым разом всё ближе. С каждым сном.
Так что нормально выспаться и отдохнуть ей здесь не удалось ни разу.
И ощущение, что здесь само подземелье понемногу тянет из них силы. Будто сотни невидимых голодных теней тянутся к живым. Чтобы пить из них и пить — жадно, ненасытно. Пока те не превратятся в таких же вечно голодных призраков. Обреченных вечно скитаться по подземелью в кромешной тьме и вечно мучиться.
Чем не такая же Бездна, обещанная в лунном колодце? Только в нее даже не обязательно проваливаться. Он ползет к тебе сама — наготово.
Враги не уйдут. А значит, придется прорываться на волю. К солнцу, свежему воздуху и свету. Искать слабое место.
Решение казалось верным. Пока они непосредственно не приступили к его осуществлению.
И на ногах сейчас уже — только Корделия и Морриган. И враги еще — мертвы не все. Далеко не все.
— Морриган, — устало повернулась к ней Корделия. — Прости, но мне не вывести одной двоих раненых. Придется тебе задержаться еще.
Та криво усмехнулась в ответ — как странной шутке. Об Ирэн и ее возлюбленном у них нет никаких свежий сведений.
Темные катакомбы, сырой пол, дрожащие трещины на высоком потолке. И ночное зрение, что позволяет всё это разглядеть. Обычным людям в этом плане, может, легче. Зато они не видят в кромешной тьме, и яркий свет багровых факелов их сразу выдаст. Любому врагу.
И раненые друзья — за спиной. Уже не способные драться. В коридоре, куда им опять пришлось отступить. Потому что прорваться у них не получилось.
И отступить нормально — тоже нет. Они так и остались на пороге подземелья. У самого выхода.
Яростный ветер — в лицо. Людям. Ветер от могучих драконьих крыльев.
И Маги Исильдура вместе с его же стражей осторожно попятились, отступая назад. Вежливо уступая место.
Кто же виноват, что неосторожные беглецы загремели в смертельную ловушку, когда рискованное спасение было так близко?
Даже в две коварные ловушки. Какая предпочтительней? Подлый Исильдур или безжалостный Тенмарский Дракон?
Никакая. Потому что мерзкий отцеубийца — много гаже, мельче и глупее. Но самовластный Дракон Тенмара считает жалким ничтожеством уже саму Корделию. И запросто сочтет и ее напарницу Морриган. Они же обе — всего лишь женщины. Да еще и вдобавок — ведьмы.
А значит, он легко отдаст их жалкому слизняку Исильдуру в подарок и сам, если вдруг сочтет нужным. Или забавным.
И значит, сдаваться нельзя никому. Честные и благородные враги остались в придуманных легендах. В реальной жизни их жадная мачеха-судьба Корделии не выдала.
Значит, осталось только погибать. Прости, Изольда. От рода Лингардских Ворожей не останется никого.
Прости, Тариана. Твоя жертва оказалась напрасной.
Прости, Илейн. За тебя никто не отомстит.
Раненый в левый бок Диего крепче сжал верный меч, опускаясь на одно колено. Стоять он уже не может.
Зато сумел сунуть в руку Мордреду кинжал. Тот не сможет драться, даже стоя на колене. Зато вполне сумеет себя убить.
А Корделия станет драться за всех. Пока не падет мертвой.
И верная напарница вдруг опустила оружие. Морриган решила сдаться⁈ Тенмарскому Дракону? Он ее — вполне устроит?
