— Вы хотите сказать, что исчезнувший Григорьев-Степанов, появляясь в клубе, менял свою внешность? — Турецкий слегка закусил губу.
— Во всяком случае, с моей точки зрения, похоже на то. А это значит, что в клубе среди сотрудников есть люди, которые его знали или по крайней мере видели раньше в натуральном виде. Словом…
— Только не говори мне, Володя, — встрял Померанцев, — что данного фигуранта надо искать в среде артистов! Знаешь, сколько бродит по Москве безработных актеров? А если к ним еще и гримеров добавить…
Валерий для убедительности в ужасе зажмурился. Но на Дубинского его реплика особого впечатления не произвела.
— Ничего подобного говорить я не собираюсь, — спокойно возразил он. — Просто хочу с точки зрения хотя бы косвенного отношения ко всем этим штучкам просеять сотрудников клуба. Собственно говоря, с помощью Вячеслава Ивановича мы это уже начали делать, хотя о результатах я пока не знаю, не успели поговорить на эту тему. Но по меньшей мере одного человека, я имею в виду подходящего, можно сказать, там видно за версту.
— Ты имеешь в виду бывшую модельку, ныне бизнесменшу? — Померанцев пожал плечами и покосился на внимательнейшим образом наблюдавшего и слушающего Турецкого. — Пока все, что о ней сумел нарыть Яковлев, скорее против такого предположения, чем за него. Правда, он только начал, но… Словом, наиболее существенный доход от клуба получает как раз эта дама, а дела ее ведет не она сама, а ейный любовник некий Аркадий Шварц, которому она, по свидетельству некоторых близких знакомых, смотрит в рот и ловит каждое слово, а желания этого альфонса выполняет с опережением, прежде чем ему вообще чего-либо пожелается. Учтите, разрабатывать как даму, так и ее любовника мы только начали, и с Вячеславом Ивановичем пока тоже на данную тему пообщаться толком не успели. Может, сами что-нибудь скажете?
Валерий повернулся к Грязнову, который, бросив на него очередной хмурый взгляд, молча кивнул и демонстративно развернулся в сторону Турецкого.
— Скажу… Я сегодня, Саня, можно сказать, целый день на эту Голубинскую потратил, едва от компа не ослеп, а после в старом архиве рылся, пока аллергия не началась. Сдается мне, слава богу, не зря.
— Мы слушаем тебя очень внимательно, — кивнул Турецкий.
— Ну особо, конечно, не обольщайся, финиш по-прежнему тонет в тумане, но все же… Помнишь, около восьми лет назад было у нас кошмарное дельце об убийстве бизнесмена Красницкого и его семьи?
— Как не помнить, — нахмурился Александр Борисович, — если не ошибаюсь, семь трупов, а убийц так и не нашли.
— Шесть… Я говорю, что трупов было шесть, седьмого, мальчонку одиннадцатилетнего, откачали, хотя и с трудом. Он был, да так и остался, единственным свидетелем по этому треклятому делу.
Вячеслав Иванович снова развернул стул к остальным участникам совещания.
— Вы, ребятки, тут по преимуществу молодые, чтобы о деле Красницкого помнить, тем более и по сей день оно как зависло тогда, так и висит… М-да!.. Короче, по словам парнишки, убийц в дом впустил сам хозяин, было их трое, все в масках, одна — так утверждал сынишка Красницкого — женщина. Именно она расстреляла в упор, судя по всему абсолютно хладнокровно, стариков — отца и мать супруги Красницкого и младших девочек-близняшек. Кто убил самого бизнесмена, мальчик не знает, поскольку его расстреляли первым, сразу как только он, видимо, открыл им двери, его так и нашли — на пороге холла…
Существенно то, что парнишка слышал, как к этой бабе обращался один из ее подельников, назвав ее Голубкой. Сукин сын интересовался, всех ли «кончать». Такая вот история…
В дальнейшем, когда мы просеивали окружение погибших, среди всех знакомых женского пола под такую кликуху подошла соответственно своей фамилии только Голубинская. Как понимаете, никаких доказательств тому, что она и Голубка — одно и то же лицо, не было и нет. Мало ли с кем дружила жена Красницкого? Ну и с ней тоже — познакомились на каком-то показе.
— Я помню, — вмешался Турецкий, хмуро смотревший все это время в темное уже по-ночному окно, — ваша наружка, Слава, за ней тогда чуть ли не месяц моталась.
— Точно, — кивнул Вячеслав Иванович, — а потом еще пару месяцев Денискины ребята из «Глории». Ни-че-го! Точно так же и по сей день не всплыло ничего из драгоценностей, исчезнувших тогда из дома Красницких. Биография Голубинской зацепок тоже не дала, разве что насторожило ее тогда довольно близкое знакомство с основным конкурентом бизнесмена. Какое-то время он содержал эту Регину, но на момент убийства она уже вовсю крутила роман со своим нынешним скульптором.
— Он у нее что, действительно скульптор? — спросил Турецкий. — Я такого рода детали успел подзабыть…
— Ну теперь уже бывший, — кивнул Слава Грязнов. — Я специально интересовался, уже лет пять он не выставляется. Живет за ее счет, хотя среди знакомых слывет бизнесменом. Но во всяком случае, пока никаких следов его бизнеса не обнаружено.
