"Отчего же? - всё тем же равнодушным голосом ответил Аполлон. - Девушкам тоже можно".
Афина, уже приготовив множество аргументов и примеров, собралась возражать, но неожиданный ответ Аполлона обескуражил её, и она так и застыла с полуоткрытым ртом, покрасневшая от смущения. Афина всегда краснела и смущалась, когда видела Аполлона.
Бой прекратился. Троянцы и греки разошлись по обе стороны поляны, оставив на ней лежать нескольких убитых и раненых, и наблюдали за потерпевшими аварию богами. Те огляделись и, сообразив, что мешают, вспорхнули на ветку дуба, откуда, болтая ногами, стали наблюдать за развитием событий.
А события не развивались. Отдышавшись и придя в себя после горячки боя, воины почувствовали накопившуюся за весь день усталость. Никто снова воевать не рвался.
-- Надо бы как-то закончить сегодня, - рассеяно произнёс Аполлон.
-- Ага, - устало подтвердила Афина. - А как?
Гектор, словно услышав их разговор, вышел на середину поляны и закричал: "Греки! Кто хочет выйти со мной на поединок?!"
Молчание было ему ответом.
Прошло несколько секунд, когда из греческой фаланги вышел Менелай и, обернувшись, крикнул: "Бабы трусливые! Гречанки вы, а не греки!"
От волнения он даже не заметил, что цитирует Терсита - демагога, которого сегодня утром Одиссей побил за такие разговоры. Менелай пошёл навстречу Гектору, но успел сделать всего два шага, как его догнал Агамемнон, схватил за локоть и грубо затащил обратно в строй. "Совсем обезумел?! - закричал он на брата. - Это тебе не Парис, это Гектор - с ним даже Ахилл биться опасался. Жить тебе надоело?!"
Он вышел перед строем и, грозно спросил, обращаясь ко всем, но глядя на стоявших рядом и о чём-то переговаривавшихся Одиссея и большого Аякса: "Что, перетрусили все? Гектора испугались?!"
-- Не испугались, - ответил Одиссей. - Сразиться-то можно, только не хотелось бы стрелу в спину словить, как это уже сегодня было с Менелаем. Не очень-то я верю в порядочность троянцев с некоторых пор.
-- Ну что ты, Одиссей! - донеслось с ветки дуба. - Тут же мы с Аполлоном. Мы проследим, чтобы всё было честно.
На поляну вышел большой Аякс и заявил:
-- Кому тут точно нельзя верить, так это вот этой вот дамочке! - он показал пальцем на Афину. - Я сам сегодня видел, как она разговаривала с ликийцами, а сразу после этого один из них выстрелил в Менелая.
-- Ну, ты! - гневно крикнула Афина, мысленно наложив на уже подписанный смертный приговор Аяксу резолюцию: "С муками и с унижением".
Из греческих рядов послышался старческий кашель. Нестор вышел перед строем и, обращаясь то ли к присутствовавшим богам, то ли к греческому войску, заговорил:
-- О боги! Страшные времена настают. Доблесть в людях иссякла, бескорыстие, честность, доброта пропали. Но не это самое плохое. Хуже всего то, что доверия в людях не стало. Всякое мне поведать довелось. Давно я живу. Застал и ту пору, про которую теперь и вспоминать не хочется. Бедно мы тогда жили, тяжело, но богам мы тогда верили. Себе, жёнам своим так не верили, как богам. От того и жизнь наша лучше после этого сделалась. А нынешняя молодёжь в золотых доспехах ходит, ни в чём отказа не знает, и нет чтоб богов за это благодарить - они в них пальцем тычут и слова такие говорят, какие и жене своей говорить не пристало. И к чему это нас приведёт? От недоверия все беды. Войны от недоверия, смуты от недоверия. От недоверия и в долг не дадут, и в гости не позовут. И Прокрида от недоверия погибла.
Афина, уже начавшая за этой речью клевать носом, чуть не свалилась с ветки и недовольно заворчала:
-- Ну, хватит уже, дедушка! Какая ещё Прокрида? При чём тут Прокрида? Мы сюда воевать пришли или сказки слушать?
-- Ты, дочка, не кипишись, - ласково ответил Нестор. - Слушай, что старики сказывают - стариков слушать полезно. Повоевать ты ещё успеешь. Война всегда будет, а мы, старики, будем не всегда. Ты посиди и послушай. Потом ещё спасибо за науку скажешь.
-- А я бы, пожалуй, послушал, - безразличным тоном сказал Аполлон, подперев подбородок кулаком.
Тактичное замечание Нестора заставило Афину вспомнить, что она богиня мудрости, и устыдиться своих слов. Ничего не ответив, она положила щёку на ладонь и приготовилась слушать.
Бойцы обеих армий поснимали тяжёлые доспехи, сели на землю и тоже слушали рассказ Нестора:
"Давно это было. Вы тех времён не застали, и хвала богам, что жить вам тогда не довелось.
Трудное было время. Бедно тогда жили, зарабатывали мало, а цены были высокие. Да и по тем ценам ничего не достать было.
Жил тогда царь Кефал. Красавец, охотник - не нам чета. И жена у него была красавица, а звали её Прокридой.
И так они друг друга любили, что клятву дали никогда ни с кем друг другу не изменять.
Клятву дать - дело не хитрое, а как соблюдать её, если оба такие красивые?
Заметила однажды Кефала на охоте богиня утренней зари и сразу глаз на него положила.
