…Анкс проснулся от ударов молота по железу. Каждый удар заставлял кривиться от боли. Захотелось заткнуть уши, но тут последние события быстро пронеслись перед глазами, холод пробежал по спине. Он пытался избегать воспоминаний о потерянной руке в надежде, что все обошлось. Но любопытство взяло верх, и Анкс, все еще не переводя взгляд, попытался почувствовать, что с ней. Она чесалась и болела.
Анкс собрал волю в кулак и посмотрел на нее. Внутри все сжалось. Руки не было до середины предплечья. Не покалеченная или обгоревшая – на ее месте зияла пустота.
Кэил подошел и сел рядом.
– Не бойся. Новую руку мы тебе не отрастим, конечно, но дадим неплохую замену.
Анкс перевел испуганный взгляд на Кэила.
– Смотри.
Кэил левой рукой разогнал тени от правой, обнажил свой протез и постучал по нему. Раздался металлический звон.
– У меня тоже есть травмы. Но этот металл заменяет их, причем очень хорошо. Горвиры сделают тебе нечто подобное.
Анкс услышал тяжелые шаги за спиной.
– Я ошибался в тебе, человек, – прогудел Красс. – Кэил рассказал, что ты отдал свою руку, чтобы остановить птиц. Им нет равных в бою, мы потеряли больше половины горвиров. Если у богов есть еще подобные войска, нам понадобится вся помощь, которую мы сможем получить. Вот протез, выкованный по приказу Кэила.
– По моему приказу?
– Ты вчера подошел ко мне и сказал сделать рукав для него, – нахмурил брови Красс и недоверчиво посмотрел на Кэила. – Или это был не ты?
– Я не помню ничего такого.
– До недавнего времени я думал, что это ты каким-то образом рассказываешь мне об обработке металла то, что я не знал, хоть и занимаюсь этим десятки лет. А теперь я окончательно запутался. Слишком много голосов в этой покосившейся избе, – он указал пальцем на голову Кэила.
– Темный, это, должно быть, он, – прошептал Кэил.
– Тебе надо договориться с ними, человек, и как можно скорее.
Горвир положил перед Анксом латный рукав, выкованный из тел поверженных птиц. Пластины вырастали одна из другой, начиная от плеча, где была самая большая, и заканчивая мелкими на пальцах. С внутренней стороны рукав стягивался ремнями и металлическими застежками. Пальцы были нарочито острые, как у птиц.
Красс помог Анксу надеть рукав.
– Мы выкуем для тебя оружие, – справившись с рукавом, пообещал он. – Какое ты хочешь?
– Я сжег свой посох. Ты сможешь сделать такой же из металла?
– Смогу, конечно. Но он же бесполезен в бою.
– Он важен как напоминание.
Красс посмотрел на Анкса, затем на Кэила, который уставился в одну точку и не двигался, недовольно покачал косматой головой и ушел.
Анкс проводил взглядом горвира и посмотрел на Кэила. Тот выглядел совершенно потерянным.
– Ты как?
– Я не чувствую себя хозяином собственного тела, – он запнулся, – и даже собственного рассудка. Это очень сложно объяснить. Я не помню, чтобы говорил про броню, да я ничего и не смыслю в броне. И что еще Темный говорил горвиру, пока я не слышал…
– А ты не можешь сам пообщаться с ним?
– Нет. Я говорю с ним, только когда он этого хочет, и не так, как с Тирой или Асфи. Он почти ничего не рассказывает…
– Ты и раньше прикасался к миру душ? – внезапно голос Кэила поменялся, он стал сухим и приглушенным.
Анкс взглянул на него и похолодел. Лицо, сотканное из теней, смотрело на него пустыми глазницами.
– Кэил? – без особой надежды в голосе спросил Анкс.
– Тебе надо научиться управлять своей душой. Не беспокойся о Кэиле, он выполнит свою роль. Для начала успокой свой разум. Восстанови дыхание: сделай вдох, досчитай до четырех, задержи дыхание, досчитай до четырех, выдох – до четырех, опять задержи дыхание – до четырех, и так по кругу.
Анкс сел, скрестив ноги, и начал дышать. Он вошел в некий ритм. Все внимание было приковано к циклам, а задержка дыхания не позволяла мыслям разгуляться. Он и правда быстро успокоился.
– Не обращай внимания на удары молота, на разговоры людей, на шаги и прочие звуки. Не сопротивляйся мыслям, не гони их, пусть приходят и уходят. Все это часть ритма вокруг тебя. Не закрывай глаза полностью, только немного прикрой их, чтобы свет не давал тебе уснуть. Упри язык в верхнее небо, чтобы слюна не мешалась. И помни: испытывать неудобство естественно. Просто постарайся найти наименее неудобное положение.
Анкс выполнил наставления Темного. Он продолжал дышать считалкой и старался не отвлекаться. Но одна мысль назойливо сверлила его сознание.
– Я не могу отвлечься, зная, что Кэил страдает в ледяной пустыне, – воспротивился Анкс.
– Кэил должен пройти свой путь сам.
– Почему ты не поможешь ему?
– Никто не сможет помочь ему, если он не захочет помочь себе сам. Путь души похож на реку. Ты находишься в ее власти. Она всегда отнесет тебя от истока к устью, что бы ты ни делал. Твоя свобода только в том, чтобы понять направление реки, отдаться ее власти и грести по течению либо сопротивляться ей и грести против. В первом случае ты попадешь в устье, проделав счастливый путь, во втором – будешь весь путь страдать и мучиться. В обоих случаях тебе не перебороть реку.
– Почему ты не скажешь ему это?
