Конь схватил меня за шкирку, могучим рывком подняв над землею, бросил в сторону. Ствол огромного дерева молотом выбил из меня последний воздух, а конь, словно ему этого было мало, подхватил меня снова, поднимая на ноги, ставя вертикально, подпирая меня лбом. Не знаю, что задумало это животное, но все, на что меня тогда хватало, это самому упереться ногами в землю, облокотившись о дерево. Что я и сделал. Конь развернулся, подпер меня крупом, подогнул передние ноги, и я безвольным кулем завалился ему на спину. Он, хекнув от натуги, поднялся, кося глазами в ту сторону, из которой раздавалось больше всего шума. Дернулся в одну сторону, но там вдруг, шелестя, разошлись кусты, выпуская в нашу сторону оскаленные злобой и голодом пасти. В другую - в опасной близости раздались крики загонщиков, подкрепляемые щелчками арбалетных тетив.
Конь бросился в единственном возможном направлении, по спешно сужаемому коридору, прямо сквозь кусты, сквозь сухие дерущие ветки. Прямо мимо взвывших от обиды острозубых морд, щелкнувших у самого брюха вхолостую.
- Спасибо, - бормотал я в этой безумной скачке, последними силами вцепившись в луку седла и молясь лишь о том, чтобы не упасть. - Спасибо.
- Потом сочтемся, - буркнул на меня конь, и я понял, что надо бы приберечь те крохи, что еще были мне доступны, так как сознание, застилаясь темным туманом, начинало меня покидать.
Глава 6
- Чем ты занимаешься?
- Пишу. - Вдруг смутилась она, захлопывая дневник и кладя сверху ладошки - надежный замок.
- Что пишешь? - Попытался поинтересоваться я своим обычным голосом, но провести мне ее не удалось - она уже была предвзята, едва лишь затрагивалась эта тема.
- Стихи.
Степенно кивнув, я присел рядом.
- Кажется, тебе преподает это дело одна приятная тетечка.
Мне казалось, что я улыбаюсь беззаботно.
- Это тоже искусство! - Вскричала она, вскакивая из-за стола. - Мастерство! А мастерство не ограничивается одним лишь умением махать мечом и умением постоять за себя! Не принижай остальные науки! Ты не смеешь! По-твоему, все были глупцами, и один лишь ты знаешь, как верно? Я сама могу выбирать, что мне интересно и что мне важно! Можешь принять это? Почему это для тебя так сложно? Твоя чрезмерная забота утомляет! Заставляет чувствовать себя глупой и неумелой! А я стараюсь! Что я могу поделать, если все твое мне не дается? Я пробую себя! Разве я не могу хотя бы попытаться? Почему ты такой жестокий? Мне больно от этого, больно!
Захлюпав носом, предательски заревев, закрывая лицо руками, она выбежала прочь. А я, обхватив голову руками, сидел и смотрел на забытый ею дневник. И уже знал, что ни за что к нему не притронусь.
Я ведь не хотел этого! Я хотел всего лишь поговорить! Попробовать поддержать ее стремления! Ну почему я такой? Что со мною не так?
- Божество-то? - Почесал он пальцем свою острую аккуратную бородку. - Отчего же, вполне себе материальное.
- Не понял? Снова Порох?
- Почему порох? Ага, наслышался уже историй о Карабасцах? Хе-хе, странные они были ребята, необычные, этого у них не отнимешь. Однако нет, не порох. Нечто более соображающее, хотя и по-своему глупое. Кое-что очень большое и при этом живое. Есть предположения?
- Дремлющий под скалами дракон! - Засмеялся я, медленно и неуверенно выпадая в осадок, глядя, как сидящий напротив с самым серьезным лицом хлопает в ладоши.
- Браво!
***
- А-а, дружище.
Морда верного мерина, постоянно оказывающегося под боком в трудную минуту, ткнулась мне в лицо. Он недолго думал, заметив, что я пришел в себя и лежу, бессмысленно глядя в просветы голубого неба, подглядывающего сквозь мерно колыхающиеся ветви деревьев.
- Все-таки мы с тобой попались, да? Я и ты. Видимо нас обоих ранило, а?
Он повернулся ко мне боком, где прямо на спине у него зиял небольшой, но длинный надрез, сейчас уже затянувшийся. Тот самый болт, прошивший мне штанину, задел еще и шкуру животного.
Я сокрушенно покачал головой, бормоча куда-то в пространство:
- Таких преданных коней у меня еще никогда не было. Ни единый скакун не задерживался у меня надольше одного сезона, а с тобой мы уже... как раз сезон и будет, наверное. Если честно, я немного потерялся во времени. Да и важно ли это? - Я протянул стянутые веревкой руки, погладив верное животное. - Такой верный и умный конь, а я все пытался от тебя избавиться. Знаешь, теперь я чувствую просто жгучий стыд от своих прежних намерений и деяний. Особенно за последнее.
Связан по рукам и ногам, связан крепко, но не туго - профессионально. Никуда не убегу, зато немного двигаться вполне себе способен. Я попался мастерам. И еще на этот раз Ловцы не были застигнуты врасплох, а за моей спиною не было слаженно работающего отряда градоначальника Самаки. Вообще никакого отряда не было, потому как вспоминая тех баронов... тот сброд, то понимаю, что надежды дать отпор в одиночку у меня не было.
- Просто конь... А ведь я даже не дал тебе имя. Так и не удосужился. И совсем не представляю, как можно вообще тебя назвать, ведь я никому и никогда не давал имен...
