— Прекратили оба! — Дерек повысил голос и Эби с Заком на какое-то время утихли. — Сейчас вообще не время собачиться. Мы всех своих потеряли и все, что вы делаете — это снова ссоритесь! Соберитесь, в конце концов и направьте свою энергию в нужное русло.
Дороти вздохнула и скрестила руки, смотря на дорогу и пролетавшие мимо дома, один богаче другого. Она уже подумала снова попробовать заснуть, как ее взгляд зацепил нечто странное в зеркале, что висело рядом с водителем.
В зеркале отражалась Эби, ее голова и часть туловища, укрытое пледом… А рядом, положив голову ей на колени, лежал какой-то мужик в белой рубашке, разорванной на груди. Он смотрел на Дороти через зеркало стеклянными глазами и улыбался. Впереди у него не хватало одного зуба…
Эби дернулась, охнув, готовая закричать.
Но на сидении она была одна. Мужик из зеркала исчез. Сердце застучало как бешенное.
Рагнар обеспокоенно посмотрел на Дороти:
— Что такое?
— Ничего, — вздохнула девушка, приходя в себя. — Показалось. Наверное, из-за стресса.
Зак обернулся с ухмылкой на губах:
— Так ты все-таки болеешь бешенством?
Эби сощурила глаза. Он ее достал. Дороти не мешкая, подняла биту, став толкать конец ему в штаны. Принц перехватил биту и стал тянуть на себя. Затем Эби резко отпустила оружие Табаки и Зак, не ожидав, отлетел к двери, случайно нажав на ручку. Дверь распахнулась, и Принц на полном ходу свесился из кабины, но уверенная и сильная рука Рагнара затащила его обратно. Зак сглотнул, молча протянул биту обратно Дороти и пристегнул ремень безопасности.
Дерек казалось, был готов сорваться:
— Вы совсем рехнулись?!
— Она первая начала.
— Пошел в жопу, придурок.
— Заткнулись оба! Первый кто что-нибудь произнесет — будет стирать одежду другого целый месяц!
Дальше они ехали молча. Сон как рукой сняло.
**
Дорога заняла почти столько же времени, сколько они ехали до деревни ЗИС, только на этот раз Дерек сделал крюк, заезжая в район портов. Эби с Заком никогда не были здесь раньше, но знали, что про этот полуостров говорили не иначе как Бухта. Здесь дрейфовали судна и катера богатых людей. А еще тут постоянно дули сильные ветра из-за близости океана и воняло рыбой, которую привозили с ловли.
Рагнар остановился у гаражей, и Тени вылезли на свежий воздух. Дерек уверенной походкой двинулся в сторону пристани, где находились небольшие домики и жил Патрик.
Зак шепнул, поравнявшись с Дороти:
— Слыхала историю про ссору?
— Частично. А ты-то откуда знаешь?
— Дерек мне сам рассказал. Еще давно как-то, когда сильно выпил.
— Ты видел Рагнара пьяным? Да не может такого быть…
— А вот и было, — Принц ухмыльнулся, словно было чему хвастаться. — Я никогда не видел этого Патрика, но он уже вызывает у меня подозрения.
— Нельзя судить человека без знакомства с ним. Слухи могут оказаться лишь слухами. Ты даже не представляешь, что о нас говорят люди. — Эби вспомнились разговоры посетителей старого кафе, где она работала официанткой.
Зак пожал плечами:
— И все же. Ви нагадала мне особое предчувствие, поэтому я доверяю своей интуиции.
— Ладно, посмотрим, — девушка сжала губы, не желая больше с ним препираться.
***
Патрик Колфер любил черный кофе. Без сливок. Без молока. Без сахара. Поболтать ложкой напиток по часовой стрелке пять секунд и посыпать сверху горькой измельченной корицей, которую он покупал прямо у поставщиков с парома на соседней улице. Патрик делал глоток и выдыхал через рот, наслаждаясь течением горячей жидкости по его гортани и попаданию в желудок, что отзывался приятным теплом.
Работа Патрика отличалась в зависимости от дня недели и пригодной погоды для суден, он таскал контейнеры со свежевыловленной рыбой для «Фиш Хаус» по утрам во вторник и четверг, контролировал периметр Хэмпсденского южного порта на катере в качестве члена союза охраны окружающей среды, высматривая браконьеров и нелегалов, по пятницам и субботам, в понедельник гонял в соседний район за коробками бесплатного питания для неимущих стариков и многодетных семей и, соответственно, развозил их, в среду связывался с Месяцами по поводу новых заданий — иногда он перевозил незнакомых ему людей по делам с берега на берег, порой очень сомнительных и с оружием, но никогда не задавал лишних вопросов, а по выходным дням сдавал свой катер местным группам молодежи с толстыми кошельками для вечеринок и показухи. В общем, жил для себя и в свое удовольствие. Хотя, наверное, удовольствие-то Колфер и не испытывал. Да и эмоций тоже в какой-то степени. Отец говорил ему, что это нормально, не смеяться над шутками и не плакать над грустным фильмом, но что-то подсказывало Патрику, что такое поведение вовсе не норма. Да и поздно уже было что-то исправлять. Колферу было за тридцать, но ни любовницы, ни жены, ни детей он не имел. Хотел ли? Может быть. Но он совершенно не представлял, как находят это семейное счастье, а регистрироваться в тиндере и ходить на тайные свидания в кафе было слишком глупо для него.
