— Ни разу, — Эби стало неловко за Рагнара, что тот за все эти два года ни разу не рассказал о своем брате. — Ну так…
— Ты больно любознательная для Тени, не так ли? Уже проходила посвящение?
— Да. Я грохнула одного банкира из винтовки. — Хоть кому-то можно было похвастаться без зазрения совести. — Он был в кабине колеса обозрения вместе с проституткой.
Патрик хмыкнул и покачал головой:
— Можно было опустить подробности. Ты хотя бы совершеннолетняя?
Дороти постучала по своим коленям:
— Не совсем.
— Господи. — Колфер прикрыл глаза. — Не удивлюсь, если в следующий раз этот утырок возьмет в команду младенца.
— Рагнар очень хороший, — высказывание Патрика в сторону Дерека задело Эби. — Он о нас заботится.
— Поэтому у вас теперь нет дома?
Слова повисли в воздухе, и они снова замолчали, слушая закадровый смех аудитории, пока глубинный голос Патрика не прорвался сквозь оболочку невидимого мира:
— Я всегда хотел быть солдатом. Служить. Легко выполнял приказы. Мой разум за секунду давал оценку ситуации и способы выхода. Отец гордился моими успехами… Пока мы пошли не в ту сторону. Дерек все время влипал в какие-то ситуации, постоянно находился то там, то тут. Идея создать собственную группу, подобную Месяцам, также пришла к нему в голову, но он уж точно никак не мог ее возглавить. Слишком настырный, слишком мультизадачный… Он бросал одно незаконченное дело и брался за другое. А мне приходилось вечно за ним присматривать, чтобы он не натворил всяких дел и частенько убирать за ним его ошибки. Мы жили в Брокледе подростками, а потом переехали на Большую Землю, где окрепли и стали чего-то стоить. Мы оторвались от отца и перебрались сюда, обратно, в качестве начала личной жизни. Дерек устроился на фабрику грузчиком, я в лавку помощником пекаря. Днем мы работали, выращивая свои мышцы и заводя знакомства, а вечером уходили в подполье, готовясь ночью вставать на путь справедливости. По крайней мере, так нам казалось.
По слухам, мы узнавали о каких-нибудь мужьях, что били своих жен, или о парнях, что разводили парники наркотиков. И предоставляли им выбор — сдаться Большой Земле — Месяцев тогда еще не существовало, что означало порой пожизненные сроки в колониях или переезд на другой континент вроде Арктики, помогать в разведывательных миссиях. Но, обычно, во всех этих людях, было столько ненависти, что они бросались на нас. Иногда с оружием в руках. Мы вершили правосудие.
— Вы убивали их.
— Да… Иначе не получалось.
— Это были темные страшные времена. Мы наслушались и навидались столько жестокостей, что прикончить какого-нибудь подонка в двадцать лет было нормальным для нас. Мы даже гордились своими достижениями и, как и делали Тени, составляли акты своих деяний. Конечно, вписывая в графу информацию о том, что убийство было в случае защиты. Так оно и было в большинстве случаев. Потом про это прознал наш отец.
Патрик покачал головой, хмурясь и смотря куда-то вдаль, как это иногда делал и Рагнар:
— Это было… довольно сложно. Полагаю, что именно тогда он отрекся от нас. Сказал, что назад дороги не будет за все, что мы делали незаконно и в тайне от него. И тогда мы решили, а что терять?
— Вы создали банду.
— Банду малолетних преступников, если выражаться яснее. Нам было по двадцать с лишним лет… Ронни вообще была ребенком, как вспоминаю, где мы кантовались и как часто ходили по тонкому льду — становится страшно. В голове ветер, да идеология, что мы должны искоренить из этого мира паршивых овец. Да и не заметили, как сами стали волками. Я не знаю, что из этого рассказывал тебе Дерек.
— Почти все, я узнала от Дока…
— Да уж, черт… Таким как мы свойственно умирать раньше времени.
— Почему?
— Те, кто забирает чужие жизни, находятся ближе к смерти, чем остальные.
Эби вздохнула и подняла колени, обняв их. Их окутывал мрак. Тусклое нечто, окружающее и парящее в воздухе, словно дым.
Дороти поморгала и неприятное ощущение прошло:
— Что с вами случилось? Из-за чего вы распались?
— Из-за наших порывов, — тихо произнес Патрик, чуть двинувшись влево. Солнце, сквозь окно осветило его лицо и в какой-то момент Эби показалось, что перед ней Дерек. Его черты лица, такого же цвета волосы. Но затем старший Колфер прищурился, и иллюзия распалась. — Мы думали, что можем делать все и этому нет никаких преград. Мы ошибались, были не осторожны. Забыли из какой дыры вылезли.
— Это случилось в Тот-Самый-Сентябрь, да? — Дороти подняла голову, надеясь узнать еще хоть чуть-чуть о произошедшем.
Патрик посмотрел ей в глаза:
— Это Дерек тебе так сказал?
— Да… А что, не так?
— Пожалуй, все началось немного раньше. Но мы и не обращали внимания… Но да, наверное, нас сломило именно это.
— Что? Смерть Лешего? — Ее пронзила яркая догадка. — Так это он был шестым членом команды?
Патрик покачал головой и на минуту затих, выдав лишь:
— Леший был первоклассной Тенью. Взрослый не по годам, мудрый, циничный. Мы знавали многих ребят, когда были Беглецами. И Леший был центром их вселенной…
