— Я не собираюсь обращаться за помощью к Месяцам! — Рагнар повысил голос. Его неприязнь к самой большой группировке Теней была покрыта тайной, которую он никому не рассказывал. — Они могут у нас все дело отобрать и, скорее всего, закроют его, поскольку это превысит их уровень открытой политической безопасности. Да, они борются за справедливость, но только за что-то безопасное в плане того, что не затронет мировые конфликты, сама знаешь их приоритеты, а как только что-то открывает вероятность связи со Светом и возможность новой войны, они быстро это дело прикрывают. Эби, они трусы. Месяца делают лишь то, что им выгодно…
— А революция со Светом не выгодное дело.
— Верно, — Дерек вздохнул. — Правда, это усложнит ситуацию в любом случае. Если мы проиграем, им придется все исправлять и подчищать за нами. Если выиграем, то нас скорее всего спишут со счетов и отправят куда-нибудь на малые земли в качестве наказания. В лучшем случае.
— Хотелось бы выиграть. Малые земли звучат не так страшно, как смерть.
Рагнар положил руку Эби на плечо, и они снова встретились глазами. Теперь, она видела в его отражении всю отцовскую любовь, что можно было найти на земле, перемешанную с вековым страхом, страшным как черная магия:
— Я не дам вам умереть. Ни за что. Я сделаю все, чтобы у вас с Закари была жизнь получше, чем у нас.
Эби улыбнулась, чувствуя всю его поддержку:
— Меня и так все устраивает. Ну, почти. Если бы Зак не был таким букой, было бы проще.
Дерек убрал руки в карманы и засмотрелся в окно:
— Тебе стоит пойти выспаться.
— Ага, а тебе потом ругаться с Табаки, когда он узнает, что ты устроишь мне инициацию раньше срока. Его братские инстинкты защитить меня никак не вяжутся с тем, что он был бы спокоен, если бы сам предложил эту идею. Как будто он нарочно пытается тебя в чем-нибудь упрекнуть. А как самому нарушать правила — это пожалуйста.
— Некоторые вещи не меняются, — хмыкнул Рагнар.
— Некоторые люди именуют себя Табаки, а потом творят незнамо что.
***
Эби действительно подумывала пойти спать, или по крайней мере притвориться спящей и взволнованно прокручивать в мыслях все возможные способы инициации, но Ви решила изменить планы и схватила Эби за рукав еще в коридоре:
— Сегодня идеальная ночь для гаданий.
Спорить с ней не было смысла.
И Афродита повела Эби к себе в комнату.
Хоромы Ви отличались от всех остальных своей особой энергией. На стенах висели ковры, кровать укрывала легкая, почти воздушная, ткань, прикрепленная к потолку и расходящаяся полумесяцами. В воздухе витал аромат трав и благовоний. Полки украшали разные фигурки индийских слонов, жрецов и разных непонятных существ. Шторы были настолько плотные, что едва пропускали свет.
Это было ее логово. Логово Матери. Пройдя через ад, она лишь опалила плечи, теперь закрывая их платками и тканями. Ее уважали и опасались, она была загадочна как лунные знаки и глубока как дно Марианской впадины. И в то же время, чуть присмотревшись, можно было заметить ее уязвимость. Казалось бы, никто не может показывать свою несокрушимость так долго, но у Афродиты это выходило.
Таких, как она, в средние века сжигали на кострах. Пусть у нее были каштановые волосы вместо рыжих, но взгляд был тот самый, который продирает до костей. Щелчок, и Ви превратится в кошку или в языческую богиню, готовую загадать посетителю три загадки, а за неимением ответа — съесть.
Афродита была смиренна, за исключением желания потрепаться с Табаки (с которым у нее была совместная неприязнь) и погрозить каждому. С угрозами она справлялась на отлично и если Дерек решал какие-то проблемы внутри команды путем дипломатии, то Ви была диктатором. Ну, или Всевидящим Оком из Властелина Колец. Тем не менее, эти двое, Рагнар и Ви, смотрелись по отдельности полными противоположностями, но вместе… На свете не было столь прощающего дуэта и столь разрушительного. В зависимости от ситуации.
Афродита была тайным козырем команды, ее украшением и Моной Лизой, которая была окружена пуленепробиваемым стеклом — Дереком.
С такой женщиной не хотелось бы связываться, но при этом, при наличии какой-либо проблемы, все шли именно к ней. Если Рагнар помочь был не в силах, разумеется.
Ви зажгла свечи и громко выдохнула, глядя на Эби по-особому мрачно. Затем закурила. Ее стиль напоминал жизнь ведьмы в восьмидесятых годах, такой, с особым шармом. Что-то в Афродите было такое загадочное, что тянулось за ней шлейфом, да таким длинным, что шлейф заворачивался и ей приходилось носить его на плечах. Но в тоже время, иногда в ней проявлялись какие-то другие нотки, чего-то более приземленного. Особенно, когда Рагнар обращал на нее внимание.
Эби присела на кровать и, взяв первую попавшуюся подушку, (а их было очень много), крепко ее обняла, вдохнув запах Ви. Афродита села напротив, пододвинула маленький круглый стол и стала деловито перекидывать карты в руках, одновременно причмокивая и выпуская дым из курительной трубки, поговаривая при этом:
— Мда… Мда…
