За пять лет Новгород разросся и перекинулся на другой берег реки. Обе части Великого Новгорода соединял канатный паром с приводом, который использует барабаны на борту судна, чтобы тянуть себя за тросы. Вдоль обоих берегов Волхва соорудили деревянные причалы, которые не пустовали. А все потому, что пришлые варяги построили множество кузниц, гончарных и кирпичных мастерских, здесь же изготавливали женские украшения, чугунные котлы и сковороды, плотницкий инструмент, плуги, бороны, лопаты и кирки. Круглосуточно работали печи, в которых руда превращалась в металл и чугун. Углежоги в свих ямах сжигали лес, за который приходилось не только платить князю и его руси, но и высаживать на местах вырубки саженцы деревьев.
В километре от города стоял невыносимый запах — в своих удаленных от жилья мастерских кожемяки размягчали кожу для изготовления изделий из шкур домашних и диких животных. Кожу размягчали вручную, разминая её руками, разбивая камнями, палками или с помощью различных инструментов и даже путём жевания.
Со временем кожемяки заметили, что жирные кожи при разминании становились мягче, и начали дополнительно смазывать шкуры жиром. Славяне для жирования пользовались конским салом. Копчение кожи, в дополнение к дублению ее маслом, придает коже красивый золотисто-коричневый цвет и повышает водостойкость. Дым также предотвращает рост плесени и бактерий на коже. Для дубления в основном использовали кору деревьев (ели, березы, дуба, ольхи, рябины, ивы), но реже листья толокнянки, вереска и древесного хмеля. Со временем кожемяки пришли к выводу, что самый высокий уровень танинов, встречающихся в природе, содержат желуди.
Новгород изготавливал пеньковые канаты, льняные ткани, шубы и меховые тулупы, шапки-ушанки, сапоги и унты.
Водяные и ветряные мельницы приводили в действие жернова мельниц, молоты в кузнях и даже пилорамы. Доски с этих пилорам пользовались огромным спросом и продавались немного дешевле добываемых с помощью раскола стволов. Вот за всем этим добром и приплывали торговые суда, взамен везя серебро, золото, дорогие ткани с востока. Славянские племена везли на торг меха.
Когда закончилась привезенная из Крыма соль, ее добыча началась в окрестностях озера Полисто. Построенная там крепость превратилась в неприступную твердыню, охраняя от чужаков эти по сути золотоносные места, ибо соль стоила дорого. Действительно, соли добывали очень много, но и потребность в веществе была большая. Проще говоря, производство не справлялось. Традиционным способом получения соли было выпаривание. Им могли заниматься на побережье. Соль выпаривали возле моря и потом везли вглубь того или иного континента.
Труд был ручной, поэтому «промышленные масштабы» — это фраза довольно условная. Соли добывали много, но не настолько, чтобы обеспечить ею всех нуждающихся. Значит, дефицит все же существовал. Цена на соль увеличивалась и из-за логистики — ее везли в районы, где добыча была невозможна по тем или иным причинам. В будущем можно набить солью целый состав, погрузить её на большой корабль или в самолет. Транспортировка простая. Она занимает мало времени, тратится минимум ресурсов.
Например, по лесным тропам шли караваны. Такая «служба доставки» работала очень медленно. И не всегда караваны доходили до нужной точки. На них нападали разбойники. Приходилось думать об охране.
Таким образом, в стоимость соли в древности нужно включать расходы:
· на добычу;
· на транспортировку;
· на охрану.
Это всё добавлялось к конечной стоимости. А благодаря монополии цены в Новгороде устанавливались почти на том же уровне, что и ее стоимость доставки из Константинополя.
На заливных лугах паслись стада коров и волов, табуны коней из отбитых пять лет назад у степняков. С подачи Хельги можно было нанять вола вместе с погонщиком и плугом для вспашки земли весной и осенью. Сажали лен, рожь и гречиху, кое-где и пшеницу. Русь, княжеская дружина, разрослась до тысячи человек, над пришлыми Рерик поставил воеводой своего друга Барнуту.
Еще зимой Хельги начал готовиться к походу на ту крепость на реке Днепр, которая принадлежала хазарам. С собой сначала хотел взять только своих бывших данов, но Рерик возмутился — Ты пойми, Хельги! Дружина должна кормить своего князя, а пока лишь я кормлю ее своим серебром. Поэтому забирай с собой всех, я же останусь княжить. Если вдруг какие-нибудь идиоты решат на нас напасть, то все мастеровые и купцы как один возьмутся за оружие. У каждого и панцирь добрый есть.
Действительно, одни кожемяки с кузнецами таких дел могли наделать, попробуй ворог попытаться пойти на приступ городских стен. Конечно, кожевенные мастерские, защищенные лишь высоким частоколом и несколькими караульными вышками, при этом были бы потеряны, но потом всем миром отстроили бы их заново.
