Справа на холме показалось городище холмового типа, укреплённым ступенчатыми эскарпами. Поверху шла стена вокруг поселения. Поселение занимало мысовую часть возвышенности, расположенную на низменном острове среди заливаемой поймы. Ширина Городищенского вала достигала восьми метров, а высота кое где достигала пяти метров. Центральная часть поселения была укреплена подковообразным рвом и валом с деревянными жилищами внутри. Деревоземляные укрепления состояли из двух рядов деревянных конструкций. Внутренний ряд состоял из трёхстенных дубовых срубов, незамкнутых со стороны холма. Перед рядом трёхстенных срубов была внешняя полоса деревянных конструкций. Эти конструкции поднимались рядами вверх на высоту не менее четырех метров, срубы, как и пространство между ними, как мы потом выяснили, пришельцы, заполнены красноватой супесью. Поселение занимало около гектара.
Крепость была построена небрежно, продольных пазов для подгонки брёвен не делалось. Из-за несовершенства конструкции верхние части крепости стали заваливаться в ров, нижние же части стали проседать. Однако местные без стычек и войн расслабились и не ремонтировали свои стены. Берега реки в целом высокие и крутые, только близ Ильменя они низки и болотисты.
Наши корабли пристали к берегу и воины высыпали наружу, приготовив свои луки к бою и прикрывшись щитами. На стене показались люди.
Один из них крикнул — Кто вы и что вам здесь нужно?
Хельги вышел вперед — Мы варяги, русь. И хотим основать здесь город. Все земли вокруг теперь наши. И все жители на этих землях обязаны платить нам небольшую дань.
Со стены выстрелили из десятка луков, но слабые однодеревки с трудом послали стрелы на полсотни шагов. Стрелы не долетели пару метров. Появился на стене еще один с гривой вместо волос аки лев.
Правда голос его подкачал, на рык зверя он был совсем не похож — С какой стати вы вдруг решили стать здесь хозяевами?
— По праву сильного. Те, кого ты видишь здесь, лишь малая часть от нашего войска. Мы здесь для предупреждения войны, но если нужно, то мы готовы не дожидаясь остальных воинов уничтожить вас вместе с вашей крепостью, которая вот-вот и сама развалится. Что, давно вас никто не тревожил и не пытался отобрать ваше добро?
Со стены минут пять не отвечали, наконец вождь племени усмехнулся — Ты безусый мальчишка, а я хочу говорить с вашим предводителем.
— Я командую этими людьми и ты будешь говорить со мной! — Хельги оперся на щит и гордо вскинул подбородок.
— Ну если среди вас нет настоящего мужчины, что ж. Я предлагаю тебе поединок, мальчишка! Без оружия, один на один. Я раздавлю тебя в своих объятиях и твои люди покинут мою землю.
— А если я одержу победу?
— Тогда мы принесем тебе клятву перед богами в верности и будем платить дань. Так как договорились? Или же ты трусишь, сынок?
— Спускайся сюда и я посмотрю на твою смелость поближе!
Никифор с друзьями подобрались поближе к Хельги, который освобождался от защиты, оставшись наконец в одних штанах.
Спустившийся к нему поединщик был просто огромен, ростом он был примерно вровень с Хельги, а вот его тело напоминало дубовую колоду, заросшую на груди жестким волосом. Руки были длинны и у основания плеч походили скорее на задние ноги кабана. Никифор невольно задержал дыхание — это чудовище по сравнению со стоящим напротив него Хельги был как великан перед пигмеем.
— Меня зовут Первак, а твое имя мне не нужно, потому что имена мертвецов мне ни к чему!
Довольно оскалившись, Первак кинулся к своему противнику, надеясь схватить его своими ручищами, но тот будто растворился в воздухе и оказался позади вождя славянского племени, нанеся удар ногой в поколенный сгиб. Не ожидавший этого Первак упал на колено и тут же получил серию ударов по почкам. Так как этими ударами Хельги обычно укладывал быка, то и Первак взревел, почувствовав дикую боль. Развернувшись, он хотел было наказать наглеца, но тот пробил ему ладонью в солнышко и вторым ударом в печень. Туша Первака опрокинулась — удары с помощью энергетики достигли внутренних органов и печень будто взорвалась, превратившись в ошметки плоти. Первак еще косил глазами и пытался встать, но тут отчетливо понял — он умирает.
Хельги подошел к Перваку и поставил свою ногу ему нга грудь — Ты практически мертв! Звериной силы маловато, нужно развивать и внутреннюю силу. прощай, глупый Первак! — затем Хельги повернулся к стене — Я теперь ваш вождь! Для начала несите сюда с каждого мужчины с пятнадцати лет по три десятка шкурок белки или трех шкур «чёрной куны» (шкурки куницы). А затем вы каждый год будете мне платить по одной «чёрной куне». А пока готовьте нам пир, помянем вашего Первака и отметим появление у вас нового вождя.
Никифор подобрал стрелу и покачал головой — наконечник был кремниевый. — Смотри-ка, конунг! Чем эти дикие люди в нас стреляют.
Хельги осмотрел стрелу и выбросил — Дерьмо! Даже древко кривое!
