– Это как-то касается меня? – уточнил Слава. Он понял, что Анаит или не знает про похороны Семы, или не считает их чем-то важным.
– Тебя нет, а твоего сына – да.
– Мне неинтересно.
– А я все же расскажу. – Анаит взяла мужа под руку и повела по дорожке между старинными склепами. – Володя работает в журнале «Лебедь», и два тамошних главных редактора, Саня и Алаяна, пытались использовать его против меня. Они чуть не убили Айранэ и были частью плана, по которому в дистрикт проник жог. Не вы его выкрали случайно?
– Его украли албанцы, это же очевидно. Что было дальше с редакторами? – уточнил Слава.
– Они исчезли, – поджала губы Анаит. – Люди иногда исчезают, большой город таит множество опасностей.
– Они исчезли, а сегодня здесь похоронили двух обезображенных неизвестных бомжей? – уточнил Слава.
– Про обезображенных я не говорила! – воскликнула Анаит. – Может быть, ты как-то причастен?
Слава ничего не ответил. Он шел рядом с матерью своих детей и пытался хоть что-то почувствовать к ней, но у него не получалось. Не было ни любви, ни ненависти – только пустота.
– Ты использовала против меня Блеск, чтобы забеременеть, – сказал он.
– Иногда порядочной женщине приходится идти на хитрость, чтобы соблюсти правила, – ответила она. – У нас образцовая семья, но вы все, включая детей, дядьев, теток и братьев с сестрами, вечно что-то портите. Ты нужен будешь мне для фотосессии завтра.
– Ты отлично выглядела во время Бури, – невпопад ответил Слава.
– Разглядел в оптический прицел? – уточнила Анаит.
– И если честно, ничего не понял. Как Володя вписался в ваш бабский шабаш?
– Я уточняла у специалистов, точно не знает никто, но есть предположение. Финальный аккорд Бури – выборы королевы красоты – это ритуальное сплочение рода, первобытной семьи, вокруг нового лидера. Присутствие Володи помогло мне победить на конкурсе, а то, что он входит в семью новой королевы, не дало уничтожить его остальным женщинам, то есть он на момент Бури стал частью нашей общей семьи.
– Но это не помешало бы вам его сжечь, если бы я не подстрелил Ягайло.
– В таких вещах ты гений. – Анаит обняла Славу на мгновение и сразу отпустила, чтобы он не успел отстраниться. – Как ты выбрал место, откуда стрелять? Вы знали, где они полезут? Откуда?
– Я не знал, – ответил Слава. – Я расставил на высотках вокруг анклава две сотни милиционеров с визорами, и они ждали, когда появится кто-то похожий на Володю или Сему. А потом на вертолете прилетел в самое удобное место и караулил возможность убить Ягайло с одной пули, потому что второй попытки могло и не быть.
– На мой вкус, ты чуть задержался, и это получилось излишне театрально… Впрочем, в твоем стиле. Слушай, давай уже помиримся. Ты мне очень нужен. Забудем прошлое. В смерти твоего отца есть и моя вина – но не больше, чем твоя!
– Я себя тоже не могу простить. – Слава помрачнел. – Это ведь был план Ариадны? Хотя не отвечай, я не хочу этого знать.
Некоторое время они шли под руку между обелисками и памятниками с мужскими фото и полными именами. Чем дальше шли, тем более ветхими и неухоженными становились могилки вокруг.
В какой-то момент неожиданно остановились, и задумавшийся Слава не сразу понял, что они стоят перед двумя холмиками свежей земли, в каждый из которых была воткнута фанерка с надписью «За счет Собеса безым.».
– Теперь Володя станет главным редактором «Лебедя»? – уточнил он.
– Нет, конечно, – покачала головой Анаит. – Доставшееся даром не идет впрок. Он станет первым выпускающим, и я подкину ему несколько серьезных кризисов до того, как сделать главредом. Он нужен мне зубастым волком, а не рефлексирующим волчонком.
– А если не справится?
– Он наш сын, он не может не справиться. – Анаит поправила непослушную прядь волос. – Неделю назад я сомневалась, но теперь вижу – точно наш. Настоящий. Надо только направить его.
– Держать одной рукой за Раннэ, другой – за Айранэ? – уточнил Слава. – Тебе девочек не жалко?
– А меня кто-нибудь жалел? – парировала Анаит. – У девочек отличное будущее. Айранэ родит еще пару детей и станет во главе моего культурного центра лет через пять. Раннэ будет выпускать подпольные мессенджеры и программы по распознаванию речи, а когда поколение динозавров во главе с Ариадной сойдет в могилу, мы, новое поколение, сделаем то, о чем мечтал твой отец и на что не решились наши руководители двадцать пять лет назад.
– «Не решились»! – горько сказал Слава.
– Хватит уже! – рявкнула Анаит. – Достал! Ну что? Тебя отправили на другой конец мира пристрелить пару врагов Славянского Союза, а когда ты вернулся, то обнаружил, что твоего отца зарезали? И ты понял, что это общий план, в котором тебе отводилась роль пешки и ты играл против команды, где ферзем был твой отец?
Слава промолчал, и Анаит продолжила:
– Он опередил свое время слишком сильно, те, кто пытается направлять наш мир, испугались, что, если мужчины и женщины смогут слишком легко общаться, кланы, держащие власть, потеряют свое преимущество. Наши семьи будут не нужны.
