Пока пушка разворачивалась, на палубу высыпали мушкетёры и с ходу открыли огонь, галиоты мавров как раз подошли на расстояние выстрела. Несмотря на то, что гильз на вооружении пехоты всё ещё не имелось, массово во всяком случае, в новой модели конструкторы избавились от замка Августина заменив последний классическим ударно-спусковым механизмом двойного действия. Который, в силу технологичности и меньшего числа деталей обходился ещё и дешевле, старого. Вышло нечто среднее между револьверной винтовкой и барабанным мушкетом. Оружие имело вставной, подпружиненный барабан, в каморы которого загодя насыпали порох и забивали свинцовую пулю Петерса. С внешней стороны барабана вставляли капсюль и таким образом механизм стрельбы принципиально не отличался от системы с гильзой, удар бойка приходился точно в центр «каморы».
— Бам. Бам. Бам! — дюжина стрелков выдала на-гора семь десятков выстрелов калибра 12.7 мм., меньше чем за десять секунд. Заученным движением стрельцы выщелкнули барабаны и сразу же вставили новые, повторив залп, а следом ещё раз, и ещё. Шоколадный мало дымный порох далеко не чёрный, но и не белый, от массовых залпов задымление вышло знатное, да и заряженные барабаны быстро кончились. Четыре штуки на брата не густо, но других вариантов вести интенсивную стрельбу на горизонте не просматривалось, а львиная доля барабанов уходила рейтарам. Сопровождению посольства ещё крупно повезло, что такой дефицит обломился. Пехотных вариантов с длинными стволами изготавливали негусто, опять же, в силу дороговизны подпружиненных камор. Сами стрелки подобными вещами не заморачивались и в перерыве прочищали шомполом стволы в то время, как помощники через шаблоны оперативно заправляли отработанные барабаны порохом и капсюлями.
Процесс шёл быстро, и спустя минуту стрельцы повторили залп, благо, пираты, плывя по инерции подошли ближе. Корыто с гордым названием «султан Салах ад-Дин», волею судьбы оказавшееся в первой линии, приняло «на грудь» первые залпы. Сгрудившиеся на борту пираты представляли собой идеальную цель. Разодетые в тряпьё попугаи кричали, жестикулировали и махали руками.
Пуля большого калибра легко и непринуждённо отрывает голову, руки и ноги. Факт сей в прямом эфире, так сказать, через окуляр в деталях лицезрел Василий Пантелеймонович. Подобная пуля, оказавшись в теле, вызывает что-то вроде пузыря, формирующего за собой зону высоких гидродинамических колебаний, разрушающих обширный участок тканей и органов, в гораздо большем радиусе, чем сам пулевой канал. Конечности разрывает в лохмотья, особенно незащищённые. Князь невольно вскрикнул, когда на его глазах тяжёлый гостинец навылет пробил трёх мавров, кулями свалившихся на палубу следом. И пяти минут не прошло как палуба «султана Салах ад-Дина» напоминала павильон для снимков дешёвого фильма ужасов, где организаторы здорово переборщили с кровью и оторванными конечностями, повисшими в самых неподходящих местах.
Ещё более печально выглядел галиот «Абу Талиб», почти вплотную подошедший к корме. На его беду, аккурат в этом месте стояла пятиствольная картечница Норденфельта, втихаря прозванная пушкарями Жнецом Смерти. Технически, это не пулемёт и даже не картечница, а система залпового огня. Пять скользящих затворов, управляемых одним рычагом. При ходе назад — выброс камор. При ходе вперед — загрузка в стволы из гравитационных магазинов, элементарно, как апельсин. Поскольку камора весила ого-го, подача под воздействием силы тяжести работала как часы. При дальнейшем движении рычага до упора осуществлялись один за другим пять выстрелов, только успевай передёргивать. Рывок и каморы пошли самотеком к стволам. Грохот, дым, яркие вспышки.
— Правее бери остолоп, правее.
— Мажешь.
— Ниже.
Завид напарника не слышал. Он будто слился с машиной смерти. Стоя с остекленевшим взглядом, мужик палил и палил, механически передвигая рычаги, как автомат. Попадал, но сие была не его заслуга. Круговой лафет позволил оперативно смещать направление стрельбы, а естественное рассеивание (ему способствовало качание галеры и несоосность стволов) формировало сноп траекторий пуль по типу картечного залпа. Накрыть подобным веером надводную цель было значительно проще, чем снарядом. Ещё и рассеиватель добавлял разлёта.
— Смена магазина! — прокричал он напарнику, а тот в ответ водицей обкатил, дабы в чувство пришёл. Хватило чтобы вывести Завида из шока и перенаправить внимание на соседнее судно.
Магазин у картечницы имелся, но как автоматный он не перезаряжался. Попросту открывали крышку и из ведра ссыпали сотню камор, кои под собственным весом набивались в секции. Ребята здорово увлеклись процессом, вошли в раж и меньше чем за три минуты, в ноль, «спустили» запас камор, произведя в общей сложности порядка тысячи ста выстрелов, отчего вражеский корабль превратился в дуршлаг, в прямом смысле слова. Глупость конечно и нерационально использование. Но понять можно. Расчёт молодой, необстрелянной, а командир далеко. Последний, не в пример подчинённым, действовал более грамотно.
