«Да кто ты такой? Со мной сам князь в доле!», — такие слова всё чаще можно было услышать на Руси. Единый и очень небольшой налог, страхование урожая и беспроцентные ссуды на инструмент и зерно, невыдача беглых холопов, дома-дворцы для черни, чудеса механики и оптики… В какой-то момент это дало синергический эффект, усиленный переименованием первой столицы Воротынского княжества в Светлояр. Слово, имевшее для селян мистическое наполнение благими смыслами и уходившее корнями во времена изобилия и справедливости домонгольской Руси. Они-то совсем недавно минули, рукой подать. О светлой и сытой жизни, о справедливых князьях деды сказывали. Чуть больше ста лет прошло, не истёрлась память народная. И князя начали величать в народе Мстислав Справедливый, отчего у его дальних родственников и церкви натурально подгорало. Призрак нового князя-волшебника, защитника народа откровенно пугал властную элиту, а публичный суд над боярами стал лишь катализатором неизбежного столкновения.
Крупнейшие центры княжеств — Москва, Владимир, Суздаль, Ярославль, Переяслав, Ростов Великий, Тверь, Кострома, Городец и прочие управлялись потомками Александра Невского, а их правители являлись друг другу двоюродными или троюродными братьями и вместе с прочими, мелкими князьями и князьками входили в большую семью Мономашичей. А кто такой Мстислав? Так он Ольгович, представитель ветви проигравшей битву за богатые уделы задолго до вторжения Бату и годной, разве что, на корм победителям. Поднимется он, так и прочим сродственникам надежду даст, тем, что ныне по уделам малым прячутся, выживают, выбирая меж покровительством Москвы али Литвы.
Был и иной, объективный и не менее значимый фактор противостояния. Макроэкономический. Часть хорды, пересекающей Московское княжество проходила сквозь волости молодого княжича. Иван смотрел, как по Ржевскому гостинцу, через намороженную по льду переправу нескончаемым потоком шли возы, десятки. День и ночь. Из Владимира, Москвы, Суздаля. Тысячи и тысячи пудов зерна, кож, свиных и говяжьих туш. А сколько таких гостинцев вливаются в хорду от Дона и уже до самой Твери, не считая мифических земель на Онего и Студёном море. В стройотрядах суммарно с артелями трудилось тысяч пятнадцать точно, а людей требовалось одевать, обувать, кормить, развлекать в конце концов. Тысячи работников имели звонкую монету, которую желали тратить, и княжеские лавки спрос закрыть целиком не могли, зато это могли осуществить десятки и сотни тысяч домохозяйств и гостей Северо-Восточной, Западной и Южной Руси.
Чудовищная пропускная способность хорды и новые рынки в первую же зиму подобно молоту ударили по устоявшимся зимникам. Многие торговые пути Московского, Вяземского, Тверского, частью Новгородского княжеств постигла печальная участь Муравского тракта. «Добрыня» по силе тяги немногим, не дотягивая до паровоза серии ЭР без надрыва тянул шесть десятков двухосных вагонов с суммарным полезным весом 720 тонн, то бишь, заменял ни много не мало 2400 саней из расчёта 300 килограмм на воз, что далеко не всегда имело место быть по объективным причинам. К тому же лошадей надо кормить, поить, ухаживать и в день, дай бог километров двадцать они проходили, тогда как на новом «рельсе» скорость подняли до двенадцати-пятнадцати, в час. «Добрыня» с новыми плюшками и увеличенным аккумулятором мог уехать на одной заправке на двести пятьдесят-триста километров, а его коллег на южном участке хорде каталось уже пять. Взяв в руки счёты сложив два плюс два, получим пропускную способность в разы больше, чем все оборотные купеческие сани Северо-Восточной Руси вместе взятые.
Попутные товары снабженцы князя брали охотно, ведь по большей части они оказывались в хранилищах городков или стройотрядов, а если и нет, серебро лишним не будет, особо, в обратную сторону. Чего далеко ходить, стоимость перевозки пуда груза от Москвы до Твери упала в… десять раз! Неудивительно, что гости предпочитали крюк сделать, но перевести товар по железной дорожке. Тем более от общего объёма тоннажа это копейки, пяти процентов не наберётся, но даже эти крохи привели к нервному тику у Великого князя Московского и бояр, связанных с ним нитями имущественных связей. В чём дело то?
