Но буксир протащил баржу строго по центру пролета разведенного моста Лейтенанта Шмидта. Затем легко прошел под Дворцовым. За ночь буксир одолел весь путь по Неве. У крепости Орешек пограничники проверили документы. А днем буксир уже тащил баржу по Ладоге, направляясь в Финляндию. Через день ребята с большим интересом смотрели на берега Воссинансари и вспоминали:
– Помнишь, как мы воевали с корягами? А как досталось бедному Соловью?
Увидав Верккосари – остров, который задержал их путешествие, Варвара спустилась на камбуз.
– Пойду, приготовлю обед.
А на следующее утро буксир подошел к северному берегу Ладоги.
– Как бы нам здесь не запутаться, – озабоченно сказал Мерлин. – Сколько островов.
Мирослав улыбнулся и уверенно направил буксир в длинный пролив.
– Вот, Мерлин, смотри на карте. После того, как мы прошли Валаам, я все время держу на север. Ориентиром для меня была вон та цепочка островов: самый большой остров Воспоминаний, а вон тот крайний, который в Ладоге плавает, – остров Суури. А далее по проливу Маркатси… Да, трудно выговорить длинные финские названия! Продолжаю… От Маркатсимансалми мы доплывем до самой Сортавалы и никуда не денемся.
Петер, пожилой, но еще крепкий мужчина, встречал гостей на своей упряжке, запряженной двумя лошадьми. Он стоял рядом с пристанью и ждал баржу с гостями. На хуторянине были штаны до колен, широкая рубаха, а сверху куртка. Мерлин сразу узнал Петера. Дед-Всевед очень точно его описал.
– Здравствуй, Петер! Тебе лично полагается часть груза. Вон тот контейнер – твой. Дед-Всевед лично тебе его прислал. В контейнере мешки с пшеницей, с сахаром, бочки с растительным маслом, крупы. Кланялся и благодарность передавал, что о его подданных ты заботишься, в холодные зимы подкармливаешь.
– День добрый! Все равно спасибо ему, – ответил Петер. – Так и подданные Всеведа нам всегда помогают. Рыбу в сети загоняют, грибные места показывают. Надежду в прошлом году из леса вывели, когда она заплутала. Мы нужны друг другу. Придется вам меня подождать, я не знал, что будет груз для меня. Надо еще лошадей и телеги у родственников взять, чтобы все отвезти на хутор.
Говорил Петер с небольшим финским акцентом.
– Не спеши, Петер, – сказал Мерлин. – Мне еще долго оформлять таможенные документы. Потом за разгрузкой на барже надо проследить и буксир нашим морякам передать, чтобы перегнали обратно в Питер.
– А я и не тороплюсь, – сказал Петер. – Когда не уедем – все засветло приедем. Солнце в начале июля у нас не заходит.
– Вы, ребята, можете погулять по городу. Что здесь сидеть? Начинай отдых, Варя! – скомандовал вице-капитан Мерлин. – Все на экскурсию!
– Что ж, мы пошли, – согласился начитанный Мирослав. – Придется мне побыть экскурсоводом.
– И что ты знаешь об этом городке? – поинтересовалась Варвара.
– Во-первых, ползая по Интернету я узнал, что он красив. Раньше назывался «финской жемчужиной».
– Сама вижу. Вон сколько озер вокруг, прямо в городе, сосновый бор, скалы.
– Во-вторых, это старинный город. Известен с двенадцатого века. А с шестнадцатого столетия его новгородцы называют очень ласково – Сердоболь. На старорусском «сердоболь» – «родственник». Затем город на время перешел к шведам, пока Петр I его не вернул. Словом, сердечный городок – всем нужен! Финны его получили в восемнадцатом году, то есть четыре года назад, как бы лучше это сказать, по местному времени, раз сейчас тысяча девятьсот двадцать второй год, а не две тысячи четвертый. Теперь он называется Сортавала. Это означает в приблизительном переводе, что «чертей здесь много». В старину здешние скалы были прибежищем нечистой силы. Русские, которым черти надоедали, все время пытались избавиться от них и прогнать подальше, поэтому частенько собирались толпой и ходили с факелами вокруг города, громко крича: «Черт, вали!» Финские крестьяне подумали, что русские празднуют день города, и переиначили на свой манер – Сортавала, что означает «Черта власть».
Варвара тут же включила индикатор нечисти на своей руке. Индикатор работал как-то вяло.
– Ничего не понимаю! Есть тут нечисть или нет? Мой прибор реагирует хуже, чем на отеть Соню. Какое-то сонное царство.
В Сортавале было множество озер, и ребята гуляли целый день между ладожскими проливами и озерами. На берегу озера Айранне, соединенного протокой с Ладогой, индикатор нечисти заработал отчетливо. На берегу сидели десятка три рыболовов.
– Это не местные рыбу ловят! Вернее местные, но домовые. Дома, видимо, есть нечего, вот они и вышли на рыбалку.
Маленькие домовята собрали всю выловленную рыбу, почистили и отнесли пожилому домовому, сидящему в беседке. Рядом с беседкой уже горел костер, а в котелке кипела вода с парой луковиц. Домовой бросил рыбу в котелок, посолил и через десять минут уже брякал тарелками, приглашая рыбаков на уху. Ребята подошли к беседке и завели разговор. Предположения Варвары оправдались.
