– Да вот, руки совсем не чувствую, – бабуля показала на висящую плетью руку.
– А что говорят врачи?
– Да ничего… Старость.
– Ну-у-у! Вы совсем еще не старая! Присаживайтесь, – ведущий подвел женщину к стулу, – будем надеяться, наши волшебники помогут вам. Напоминаю! Задача участников выявить недуг и по возможности вылечить его!
Выявлять и лечить предстояло Роланду. Он снял наушники, приблизился к Варваре Михайловне, пару раз обошел вокруг нее, держа руку над ее затылком. Рентген хренов. Резонансный паттерн и бифур. Диагностика и лечение заняло минуты две. Он опять что-то шептал, поднимал руки к небу, тряс амулетами. Двадцать первый век, одним словом. Эра высоких технологий.
Наконец, вынес вердикт.
– У вас проблемы с рукой. Последствия травмы. Поднимите ее! Не бойтесь.
Бабуля недоверчиво посмотрела на лекаря, потом, словно сапер, подняла руку. Зал снова взорвался аплодисментами. Никто, правда, не обратил внимания на то, что болела правая рука, а подняла она левую. Ну и ладно, это же прямой эфир, возможны накладки.
– Ой… Ой… Я не верю.
– Поверьте! Это обыкновенное чудо! Роланд! – ведущий указал на знахаря, – это еще раз доказывает, насколько безграничны человеческие возможности!
Целитель едва заметно поклонился и вернулся на свое место.
Да, прав был Девятов. Не делаем мы идиотов из народа, их уже зомбоящик сделал. И это федеральный канал. И завтра все поползут к знахарям отдавать последнее. С другой стороны, уровень медицины такой, что лучше к знахарям.
Следующей взялась лечить Роза. Ей не повезло. Не смогла избавить мужичка от хромоты. И даже не угадала, в чем его проблема.
– А теперь Святозар!
…Столбов отложил все дела. Забыл и про проект и про головные боли. Корнилов для маскировки заявил, что шоу реальное, без подстав.
– Между прочим, моя бабка всей деревне хворь заговорами снимала, – добавил Илья Михайлович, с детства веровавший в нетрадиционные способы лечения.
Святозару достался мужик средних лет из бедных слоев, судя по засаленному пиджаку и прорехе на сгибе ворота рубахи. Жалобным голосом он объявил публике, что у него болит зуб. Верхняя восьмерка, которой на самом деле у него давно не было.
Святозар приложил лечебную длань к щеке трудящегося. Трудящийся сначала поморщился, но потом стал улыбаться.
– Я вижу сильную зубную боль. Левая восьмерка.
Он нагнулся к мужику и что-то прошептал.
– Не болит! Правда! Не болит!
Играл довольно убедительно.
«Интересно, – подумал Гончаров, – где они берут этих актеров. Вряд ли из театров, велика вероятность засветки. Но где-то берут».
Взметнулась табличка с надписью «Овация».
– Святозар, если не секрет, что вы шептали Валентину?
– Вы не поверите, но я пел песенку. Через голосовые волны информация считывается гораздо лучше. Именно по этой причине существуют заговоры…
…Детективы вновь победно вскинули руки. Тимофей скептически ухмыльнулся.
– Разводка…
– Про пылесос напомнить? – спросил сыщик Андреев.
Возразить было нечего.
– У меня тоже дар есть, – похвастался Куликов, – как проверка или задержание, зуб болит. К врачу сходил – говорит, нормальный зуб.
– Мужики, может, за пивом сгонять? – предложил Тимофей, – на сухую болеть не в кайф.
– Давай, – хором ответили джентльмены.
Тимофей тут же исчез, по инерции прихватив электрочайник.
…Объявили рекламу. Илья Михайлович Столбов приглушил звук, взял трубку и набрал номер.
– Привет, Виталик… Столбов. Смотрю твое шоу. Это не разводка? Да? А давай вот что сделаем… Поменяй последний конкурс… А мы сейчас решим, как… Все возможно, Виталик, все возможно. С меня премия.
Ослушаться человека, имеющего свободный доступ в кабинет премьера, продюсер канала не посмел, тем более, вокруг него сгущались тучи, и слово Ильи Михайловича могло быть решающим.
И это рушило все планы Александра Захаровича. Готовить такую комбинацию, вбухать столько бабок! Черт! Нужны срочные меры.
– Я на секунду.
Он выскочил из кабинета, выхватил мобильник, позвонил Вересову, который находился в студии, контролируя обстановку.
– Старик велел поменять последний конкурс.
– Зачем?
– Блажь! Хочет убедиться, что это не подстава. Предупреди нашего!
– Блин! Да как? Он на сцене!
– Придумай что-нибудь!
Ничего не придумал Борис Николаевич. За кулисы его не пустила охрана, а мобильники у участников отобрали. Позвонил редактору, но тот не брал трубку. Ему не до того. За две минуты поменять последний конкурс – это высший пилотаж. Но самое трагическое – подсказать ответ Святозару редактор тоже не мог. Ведущий не в доле, а самому выскакивать на сцену опасно. Нельзя передать даже через гримершу, секретная информация тут же станет достоянием соцсетей.
Вересову оставалось одно – плакать, смирившись с судьбой, и молиться.
Реклама закончилась. В финал вышли двое. Святозар и Роланд. Два великих волшебника. Предстояло выяснить, кто из них более великий и в чем-то даже ужасней.
Ведущий вернулся на сцену, чтобы объяснить условия последнего тура. Финалисты сидели в глубине сцены в огромных наушниках.
