– Пока не считаем, но, согласитесь, ваше поведение наводит на нехорошие мысли.
Алиса начала раздражаться.
– А вас не наводит на мысли, что я бы первая подняла панику, если бы…
– Скажите… А у вас появился кто-то другой? – перебил Андреев.
– Да какая разница? Нет… Не появился, – ей не хотелось признаваться в связи с Гончаровым, – послушайте, я не знаю, где Сергей! Да, мне не все равно, что с ним, но он пропадал и раньше.
– Кстати, а почему вы расстались?
– Не важно, почему, важно как. Мы разошлись по-хорошему.
– И вы не будете при разделе имущества претендовать на его жилплощадь?
– У меня есть где жить, – она посмотрела на часы, – простите, я очень опаздываю… Вы обещали, что собираетесь задать всего несколько вопросов.
Сыщики переглянулись. Они никогда никому ничего не обещают.
– Торопитесь? Если не секрет, куда? – снова хор.
Алиса уже открыто возмутилась, встав на рельсы либеральной оппозиции.
– Не всё ли равно? Это не имеет никакого отношения к Сергею!
– А теперь не вам решать, что имеет, а что не имеет. И наш разговор только начинается, – пообещал Андреев, – и сегодня вы останетесь здесь надолго. Возможно, на несколько лет…
Нашатырь, нашатырь!..
Напрасно ждал любимую белый лебедь. Не прилетела лебедушка на платформу, чтобы отправиться в далекие края к волшебнице Матрене. Напрасно давил каждую минуту кнопку вызова на смартфоне. Вне зоны любимая или выключен ее аппарат. Напрасно вглядывался в толпу пассажиров, заходивших на платформу. Напрасно бегал вдоль вагонов, заглядывая, как дурак, в окошки электрички. Не приплыла лебедушка. Сам виноват. Кто ж так девушку приглашает? За девушками заезжать надо, доказывать любовь. А то – «Давай на платформе». Позор!
И когда тронулась электричка, он не пошел за ней по шпалам. И шпалы не пошли за ним. Вернулся в верный автомобиль, сел и погрузился в раздумья. Неужели она обиделась на такой пустяк?! А что будет дальше? Этак пойдет, через неделю совместной жизни завоет от ее фортелей. «Дорогая, пойдем направо – в “Большой”. Нет, я хочу налево – в “Малый”. Девушка явно с гонором, цену себе знает – не у всякого денег хватит. Одно дело встречаться, другое – кров и стол с такой делить. Вот поэтому он ни с кем кров и не делил.
От тяжких мыслей оторвал звонок. Снова ответил на автомате. Не просто ответил – выкрикнул:
– Алис, ну ты где?!
– Это не Алиса, – послышался голос Девятова, – это я.
Очень приятно…
– Что еще?
– Надо встретиться. Срочно. К нам менты приходили. Похоже, твоя подружка навела. Еле отбился. Надо бы объясниться. Хочешь, подъеду.
Хорошая новость! Вообще сегодня день хороших новостей. Так и хочется на шпалы лечь, как Анна Каренина.
– Я сам подъеду. В офис, через час.
И сдержал твердое слово Андрей Романович Гончаров. Все лучше, чем тупо сидеть в машине и страдать.
Девятов для начала упал в ноги, повинился.
– В общем… Извини, что за твоей спиной… Клиент действительно попер после шоу. Как отказаться?
– Я уже все по этому поводу сказал. Что за менты были?
– Сметана. Из мошеннического отдела. Якобы Шубина заяву накатала, что ты с нее деньги вымогал. Пришлось дать.
– А при чем здесь Алиса?
– Может, и ни при чем. Только к тем, кого она разоблачала, тоже приходил Сметана. Усекаешь, зачем она это делала? За долю. И немалую.
Как бывший мент Леха мыслил практическими категориями. Версию о том, что делала она это по велению души и сердца, отвергал напрочь.
С другой стороны, может, он и прав. Что Гончаров знает про Алису? Ни-че-го. Можно было попросить Петьку прогуглить ее по полной, но он не стал. Поддавки какие-то. Его, Гончарова, родители никогда не знали, что такое «гуглить». И обходились без этого. Да и неинтересно это. Гораздо интересней постепенно открывать для себя любимого человека. Сколько неожиданных эмоций. Вон у него сегодня. Одни эмоции.
А может, у Алисы с этим Сметаной… Не только деловые отношения? Он и есть «конь» из черной иномарки. Во, блин!
– На какой тачке они приезжали? Какого цвета?
– «Форд». Черный.
Вот! В десятку! Черт! Работают в связке. И, скорей всего, не только работают. Но и отдыхают! Зараза лицемерная!
Бывший компаньон оторвал от страшных предположений.
– Андрей… Ты точно с нами не останешься?
– Я уже сказал. И вы заканчивайте.
– А чем займешься?
– По институтским связям пройдусь. Найду что-нибудь.
Уже нашел. И без связей.
– А вы? Будете продолжать?
Леха окинул печальным взором дорогую сердцу обстановку.
– Не знаю… Петька свой «поисковик» на продажу выставил, ему надолго хватит… А я? Не в сантехники же идти?
– Сантехники сейчас заколачивают побольше академиков.
– Ну, тогда – в сантехники.
На том и расстались. Не до того сейчас Андрею Романовичу, совсем не до того.
Алиса позвонила без пяти полночь. Гончаров, естественно, не спал. Выпивал. Она извинилась, сказала, что срочно вызвал шеф, а мобильник она оставила в прихожей, потому что спешила. Телефон Андрея наизусть еще не запомнила, поэтому не могла позвонить с городского. Умоляла понять и простить. Предложила поехать к Матрене завтра.
Он понял и простил. Немного успокоился.
– Приезжай сейчас. Я оплачу такси.
