Во вторую половину дня отряд после обеда воспользовался Градиор, чтобы посетить волшебную часть леса Килдер. Мрачный и тёмный хвойный лес полнился светящимися растениями, грибами, насекомыми, многих из которых даже Луна не знала, а потому проявляла нездоровый интерес. Благо мистер Уизли успевал одёргивать от нюхания или срывания волшебных цветочков, у одного из которых пёстрые листья вроде были плоскими, но раскрывались прожорливыми пастями с раскатывающимися жабьими языками, на кончиках которых находились стрекала как у медузы. У другого магического растения листья напоминали раковины гребешков, которые работали как пылесосы, затягивая в себя пыльцу других цветов на поляне и вовсе раскрываясь перед феями, чтобы те лакомились жемчужной ягодой, осыпая «подушки» своей «перхотью», как выразился Рон-дуболом. Всё это чего-то стоило, наверняка дорого, но безграмотные проходили мимо.
Народное название этого магического леса — Киллер, созвучное Килдер. Всё из-за живущего в местных болотцах волшебного гнуса, который достаёт даже троллей, обитающих тут и представляющих серьёзную опасность. А ещё в лесу оставалось действующим гнездовье акромантулов, не успевающих размножиться из-за стай волшебных ос и летучих мышей, которые их поедают, — эти четыре вида уравновешивают друг друга и успешно отпугивают из этого леса других хищников. Уизли смогли бродить здесь только благодаря своим наколдованным стаям огнедышащих ящеров Драконес-с, но их приходилось часто обновлять из-за нападок летающих мышей с бритвено-острыми краями крыльев, саблезубыми и ядовитыми клыками, цепкими когтями и маленькими булавами на кончиках длинных хвостов.
Наконец-то Гарри-Грегарр определился с деревьями для сбора смолы — отряд зашёл довольно глубоко в лес.
— Быстрее, Гарри, собирай в темпе, — в который раз повторил Артур. — Ступефай, — валя очередную осу с кулак размером. На первой остановке он сомневался, идти ли дальше, но сейчас видел собранность детей и боевой азарт, что очень важно для воспитания в парнях будущих мужчин.
— Стараюсь, — сосредоточившись на вытягивании волшебной смолы, похожей на светящийся тёмно-коричневый мёд. Драконья доля внимания уходила на попеременный Контроль Животных и Контроль Растений, ибо иначе их всех бы уже покусали, ужалили.
— Аква Эрукто, — бросил Рон на сосну с себя толщиной.
— Рон, ты чего творишь? Вердимиллиус. Авис, — Гарри-Грегарр едва успел убрать алхимическую колбу от струи мутной воды из дерева и убить насекомых, а на группу летучих мышей натравить группу золотых сниджетов, прокалывающих им черепа.
— Извини, Ступефай, я думал, Ступефай, это ускорит вытекание, — буркнул Рон парализуя и отбрасывая какую-то стрекозу с орла размером, которая от первого луча остолбенения резво уклонилась. — Слагулус Эрукто, — навесом отправляя поток ядовитых слизней в сторону летучих мышей. — Ступефай, — метко выстрелив по спрыгнувшей с дерева белке-летяге со взрослого книззла размером, но попав по ней уже после того, как распушилась, явив из красной шерсти чёрные иглы. — Протего!
— Протего, — на два голоса повторили Фред с Джорджем, прикрывая девочек.
— Хм, интересная идея. Рон. Эректо Талеа, — насаживая на кол какую-то ползучую опасность, спускавшуюся с кроны. — Попробую на той ели. Аква Эрукто. Локомотор. Локомотор. Эванеско, — стартуя истечение смолы. — Эректо Талеа Максима, — резко оборачиваясь и создавая частокол против скорпионьих муравьёв, решивших через группу людей добраться до наколдованной Роном кучи слизней.
Дереву неоткуда извергать воду, потому чары вроде как не сработали. Но! Когда увеличенный медицинский шприц воткнулся в ствол и очистился изнутри, смола потекла как из крана. Всего несколько секунд, ведь старое волшебное дерево не так-то просто зачаровать, но за это время волшебной живицы вылился почти литр, а это около десяти минут обычного сбора при помощи Арборивикус!
— Ступефай, — Поттер сбил осу, позарившуюся на его смолу. — Эректо Талеа.
— Девочки, делайте полосу огня! — гаркнул Артур. — Бомбардо. Драконес-с Дуо. Слагулус Эрукто Максима, — завиденный им вдалеке кабан со словно бы раскалёнными бивнями вскоре стал
Его голос звучал приглушённо из-за чар головного пузыря, «паранойей» Поттера раздутых буквально до головного пузыря в целях защиты от всяких испарений, пыльцы, спор. Заклинание Везикула Скулус Максима к этому времени уже наглядно оправдало себя: у каждого на максимально крепкой мембране плавали светящиеся или тёмные пятна, имелись помутнения и странные разводы, а иногда стенки пузыря угрожающе вдавливались или волновались.
— Получилось, Гарри? Драконес-с! — бросил Рон через плечо и наколдовал ещё одну стаю, когда на оставшихся двух налетело три голодных летучих мыши, порвавших конструктов в клочья и визгливо запищавших столь противно, что все люди закрали уши, отвлекаясь на это. — Ступефай, — парализуя змеиный зигзаг в траве.
