Обедать устроились на берегу речки. Там Луна при кормлении рыбок остатками супа Лондондерри на основе гороха и копчёного бекона обнаружила глину и сочла за умную шутку слепить горшочек для Горшечника, как переводится фамилия Поттер. А Гарри-Грегарр возьми да преврати идею в общий замес по созданию походной посуды. Пацаны отрабатывали трансфигурацию при лепке тарелок, чашек, блюдец, котелков, а девчонки осваивали чары окрашивания. Потом Фред с Джорджем осваивали чары окаменения Дуро, а Гарри-Грегарр с Роном осваивали закрепление чарами Фианто Дури. Наиболее удачные результаты сохранили, а остальные поделки подверглись весёлому испытанию битьём посуды друг о друга, как яйца разбивают, только с применением левитирующих чар. Детское дурачество чистой воды!
А вечером в сумерках леса на полянке у ручья сами богини велели изобретать огненные чары для быстрого запекания глины. В итоге лучшим решением оказалось предложенное Луной сплетение согревающих чар с волшебным синим огнём и окаменением. Сама умница ещё не умела ни одного из этих трёх, но теоретически подобрала оптимальное сочетание, которое действовало мягко и точно. Джинни тоже смогла так вспучить свои мозги, что по горячим следам сочинила формулу Инсендио Вердимиллиусивикус для быстрого запекания еды вместо помещения в духовку.
— А какова соматика, Джинни? — участливо спросил отец, сидевший у вечернего костра в трансфигурированном по-домашнему кресле с «дедовским» прутом, на кончике которого поджаривал хлебный мякиш.
— Кружево цветочка из четырёх лепестков по форме свечного огня Инсендио, папа, — охотно ответила гордая выдумщица, не только вышивавшая днями напролёт.
— Один к трём, — задумчиво произнесла Луна, чьё выражение лица в свете костра казалось ещё более удивлённым, чем обычно.
— Ну да, у одного острые переходы, а у других петельки под связующее «и». Вот так вот, — и Джинни кончиком палочки нарисовала два острых стыка и напротив две петельки. Конечно, маленькая ведьмочка запоминала кое-что из объяснений, касавшихся других заклинаний, которыми увлекались её братья.
— Короной кверху, — повторяя задумчивость Луны, внёс поправку Гарри-Грегарр. — Нам жар с огня не наружу надо, а внутрь запекаемой еды, причём так, чтобы вместо головёшек получить съедобный, жизнеутверждающий результат, — он нарисовал призрачно-голубой нитью корректный образец, отзывающийся в Силе резонансом, присущим рабочим чарам. Ранее Поттер первым при Луне применил Люмос Фибра и сказал про секретность, так что, как автор, дал разрешение тайно применять.
— Интересный ход рассуждений, Гарри. Давайте примеримся и попробуем, — взрослый умело руководил. Как любой нормальный маг, он увлёкся процессом выдумки новых заклинаний, хотя на этот вечер планировал другое.
— Инсендио Вердимиллиусивикус.
Вокруг костра засветилось семь узоров, у которых красиво переливающийся огненно-красный лепесток снизу переходил в по-бенгальски искрящуюся зелень сверху. Чем лучше синхронность жеста и слов, тем ярче и детальней получилось. Хуже всех у девочек — едва-едва окрашено снизу в оранжево-голубой, а верх вовсе в обычном призрачно-голубом.
— Думаю, подобная иллюминация свидетельствует о верности соматики, дети. Поздравляю. Девочки, как видно, вы знаете Инсендио, а Вердимиллиус ещё не изучили. Поэтому я сейчас займусь им с вами, а мальчики отработают точность и синхронность.
Раздав указания, Артур принялся за дело. Джинни и Луна как раз сидели слева от него, и дальше как в канатной веренице. Очень сближающая атмосфера вокруг костра!
— Акцио грохотка, — в какой-то момент Поттер решил, что пора приступать к практике. — Локомотор. Луна, разбей, пожалуйста.
Лавгуд чуть улыбнулась, взяла подплывшее к ней куриное яйцо, наклонилась вперёд и ловко разломила о край камня вокруг костра. Содержимое успело всплыть вверх, забавно бугрясь и просвечивая.
— Клёвый фокус, — в один голос восхищённо оценили Фред и Джордж, глядя на яйцо, избавленное от скорлупы и сохранившее свою форму.
— Инсендио Вердимиллиусивикус.
Раздались звуки шипения — поверхность побелела и поджарилась, словно на сковородке, то есть с похожими разводами и неровностями. К еловому запаху от пламенеющих ветвей и шишечных углей добавился характерный аромат яичницы.
— Диффиндо Дуо, — Поттер палочкой в левой руке разрезал яйцо на четыре части и при этом словно бы заарканил что-то палочкой в правой руке. Четвертинки остались висеть в воздухе.
— Хех, внутри выглядит как сваренное вкрутую, — констатировал Артур.
— Диффиндо Триа, — волшебник-юнлинг показал мастерство, на сей раз разрезав пополам три части.
— Спасибо, Гарри, — первой поблагодарила Луна, беря на пробу осьмушку.
— Виртуозно, Гарри, — похвалил мистер Уизли, кивая в благодарность за четвертинку. — М-м, нормальный вкус. Акцио лук. Акцио солонка.
— Классные чары, сестрёнка.
— Мама обалдеет с них, — Фред дополнил Джорджа.
Джинни зарделась от похвалы, которую с большим удовольствием приняла бы от Гарри, который подлил масла:
