— А вот мисс Гермиона Грейнджер знает мою честолюбивую мечту. Да, я хочу избавить мир от зла и наводнить рынок составами для сохранения шевелюры моего собственного изобретения. Умница девочка! — Он еще раз перелистал ее работу. — Она заслуживает самой высокой оценки. Где мисс Гермиона Грейнджер?
Гермиона подняла дрожащую руку.
— Отлично! — гипертрофированно излучал восторг Локхарт. — Превосходно с плюсом! Десять баллов Гриффиндору. А теперь…
Тут раздался звонок.
— А теперь, дети, отдыхайте на перемене, класс нужно подготовить и проветрить, — профессор со звонком спровадил всех за дверь, чтобы сделать сюрприз на практику.
В коридоре среди тех, кто не побежал на другой этаж, начался спор о том, подходят ли два нагаданных слова или не подходят. Девчонки отстаивали своё мнение о том, что Локхарт душка и самый крутой профессор, а мнение пацанов оказалось прямо противоположным. В итоге спор зашёл о том, чьё мнение учитывала магия при гадании в матче Уизли-Данбар. А судьба прояснилась в первые минуты второго занятия.
— Итак, внимательнее. Моя задача вооружить вас против самых опасных существ, живущих в мире магов.
Профессор ударил палочкой по клетке, накрытой тканью цвета запёкшейся крови. Клетка громко задрожала. Вместо страха на лицах детей растягивались ухмылки.
— В этом кабинете вы будете лицезреть нечто действительно ужасное, в высшей степени раздражающее! Но знайте, пока я рядом, ничего плохого с вами не случится. Прошу вас подавлять свои крики… Вы можете их спровоцировать!
Локхарт сорвал ткань, открыв клетку с синими человекоподобными крылатыми существами. Рост до восьми дюймов, сплошь чёрные глаза, длинные острые уши, ряды острых зубов. Проказливые существа злобно запищали — дети грохнули:
— Корнуэльские пикси! — первым узнал их Симус. — Аха-ха, сбылось, сбылось!
— Смейтесь, смейтесь, если угодно, — повысил голос профессор, подленько ухмыляясь. — Но дьявольские проделки пикси могут проделать много бед. Посмотрим, как вы с ними справитесь.
И Локхарт выпустил стаю, сразу же полетевшую на спровоцировавших их детей.
— Ступефай, — Рон тренировано атаковал самым быстрым, что знал. Его красный луч метко попал по одному из пикси и буквально размазал того по потолочной балке.
— Вердимиллиус, — Гарри-Грегарр выпустил сноп зелёных искр, закрутив шлейф над головой и тем отпугивая.
Не все оказались столь же успешными. Маленькие и вёрткие создания уклонились от Иммобулюс от Гермионы, взвизгнувшей из-за того, что одна из особей вцепилась в её пышные волосы. Фэй ахнула и предпочла дать дёру в конец класса, ибо подходящих заклинаний не знала, а что умела, побоялась колдовать. Десятки пикси разлетелись по всему классу, принявшись рвать учебники, швыряться чернильницами, ломать писчие перья школьников.
— Иммобулюс, — Гермиона едва не проткнула кончиком палочки одного из достававших её пикси, заморозив его так, что тот замер и стал плыть в воздухе, словно в невесомости, оставаясь вцепившимся в клок кудрявых волос.
— Вердимиллиус, — Рон тоже перешёл на это заклинание, щадящее жизни пикси, мигом разлетавшихся от болезненных для них искр. Его чары отогнали ещё двух пикси от Гермионы.
— Вердимиллиус, — Гарри-Грегарр выпростал струю над задними партами, выручая Невилла, которого за уши схватили два раздражающих проказника.
— Фак, Вердимилиус, — это уже Дин пустил метровый сноп в сторону соседнего ряда, чтобы проучить пикси, бросившего в него чернильницей-непроливайкой Джастина, чей кулак и ребро ладони довольно точно вырубили двух существ.
— Иммобулюс, — на сей раз Гермиона точнее прицелилась на три метра от себя и заколдовала ещё одного корнуэльского пикси бездвижно кувыркаться в воздухе.
Равенкловцы тоже перестали тупить и принялись колдовать. А вот Малфой и Гринграсс первыми выбежали из разоряемого пикси класса ЗоТИ, за ними некоторые хаффлпаффцы, не смогшие нормально колдовать в поднявшейся суматохе, о которой были предупреждены, но не вняли.
Вспугнутые уже девятью снопами из тысяч зелёных искр пикси метнулись в сторону самого Локхарта, тупо лупанувшего одного пикси своей золотистой волшебной палочкой и начавшего волноваться, когда проказники взялись драть классный журнал, стопку с опросными листами, все его книги.
— Пескипикси Пестрономи! — воскликнул профессор явное заклинание, но на английском языке вместо латыни. Он всей рукой сделал маленькую дугу вниз-вправо, потом ниже ещё одну побольше, рисуя кривую улыбку, дальше гипотенуза вверх и катет вниз эдаким носом. И тут его колдовской инструмент вырвал один из пикси.
«Надоедливый пикси не надоедай мне» — это заклинание не сработало из-за ошибочности движения перпендикулярно вниз, а не к другому углу дуги-улыбки. Готовый волшебник-юнлинг заметил и понял неточность соматической формулы.
— Локомотор! — Гарри-Грегарр успел предотвратить падение с потолка огромного скелета, который бы раздавил детей, отстреливающихся от пикси, улетевших под потолок и ударом золотистой волшебной палочкой профессора сломали висевшее на крюку кольцо с крепёжными цепями.
