— Эй! Ну это уже совсем святотатство! — искренне возмутилась мадам Пинс, когда в её вотчину ворвалась троица на летающих мётлах.
— Лови последнего, Энтони!
— Иммобулюс. Скрылся за верхними полками. Ого! Эй, это наш!.. — удивился и возмутился, одновременно отпрыгивая от книжной атаки, растрепавшей очередной фолиант об пол.
— Ты промахнулся, — победно ухмыльнулся Поттер, держа синего разбойника за крылья, что никак не давало ему и шанса вырваться. — Репаро Максима, — сброшенные с полок книги восстановились и полетели обратно к радости библиотекаря.
— Репаро Максима, — Рон бросил заклинание в сторону выхода, где мадам Пинс убиралась по одной книге за раз, но плела это одними пальцами с автоматной скоростью.
— Это последний пикси тут, мистер Голдстейн? — строго так спросила Гермиона.
— Последний, — удручённо заявил Энтони. — Надо было тоже на метле.
— Хорошая мысля приходит опосля, — ухмыльнулся Рон. — Вас подбросить в пункт сдачи? — дружелюбно предлагая помощь, будучи довольным, что выбрал правильное место. Пусть один, но для комплекта по два у каждого в самый раз.
— А давайте, — согласился Бут.
— Извините, мадам Пинс, очень-очень извините, мы уже обратно к профессору Локхарту, — виновато выпалила Грейнджер, принимая второго седока за спину.
— Так уж и быть, за скорую помощь и починку прощаю, второй курс. Но ещё только подумайте мне залетать сюда, и вылетите из Хогвартса пулей, — смягчившись, заверила библиотекарь и взяла одну из отремонтированных книг для придирчивой проверки качества колдовства реставрации.
Поттер дал бы ей на вид лет сорок, а уже мадам, то есть бабушка. Приняв «на борт» Бута, он плавно вылетел из книжной вотчины и только тогда «газанул», расширив свой словарь матерного сленга от чистокровного мага.
Локхарт не подвёл — честно начислил обещанные баллы и отпустил ребят с оставшихся минут своего урока.
— Мистер Поттер, вы правша. Почему вы заполняете пропись левой рукой вместо нормального развития правописания правой? — вежливо поинтересовалась низенькая профессор, после объяснений задачи принявшаяся ходить между рядами и подправлять хваты писчих перьев, сгорбленные позы и прочие недочёты.
— Потому что левой я вовсе не умею писать, мэм. Я подумал, что нарабатывать каллиграфический почерк лучше с нуля — так красивее получится, чем исправлять безнадёжно корявую писанину, — заявил Гарри-Грегарр на седьмом уроке в том самом бывшем заброшенном классе рядом с библиотекой, где он в прошлом году наткнулся на зеркало «Еиналеж».
— Больше веры в себя, мистер Поттер, и всё получится, — ободрила Муфальда. — Мистер Уизли, выпрямитесь и засуньте язык обратно, а то накапаете слюнями.
— Да, мэм, — исправляясь под смешки с задних парт ряда Слизерина.
— Мисс Грейнджер, лебединое перо не маггловская ручка. Внимательно посмотрите на мой пример и повторите, — индивидуально показывая, как правильно.
— Я стараюсь, профессор Хмелкирк.
— Ни к чему спешить с заполнением прописи, мисс Грейнджер. Основная цель предмета Правописание научить писать красиво. Для быстрой записи лекций изучайте стенографирование, — объяснила Муфальда, ещё не выработавшая нравоучительный тон и потому говорившая мягко, почти как с равным собеседником.
— Да, мэм.
— Мисс Данбар, один балл, — награждая очком соседку Гермионы, делавшую всё правильно. — Да, мистер Поттер?
— Профессор Хмелкирк, научите нас стенографированию, пожалуйста, на факультативных занятиях, — попросил Поттер. Пусть то её письмо об исключении из Хогвартса было неприятным, сама бывшая клерк не вызывала отторжения.
— Я уточню этот вопрос у заместительницы директора Минервы МакГонагалл, — чуть подумав, произнесла Муфальда, сходу не определившись. И направилась на второй обход, вновь начав с междурядья Силизерина и Хаффлпаффа.
— Гарри, ты рехнулся? Какие ещё факультативы? — прошептал Рон, когда профессор отдалилась. — У нас же есть прытко-пишущие перья.
— А у кого-то их нет. И мне интересно, что такое стенографирование.
— Да обычное граффити на стене, — буркнул Рон, продолжив выводить буквы, от усердия вновь свесив язык, как терьер, не даром ставший его Патронусом.
Сидевшая впереди Гермиона едко фыркнула, но оборачиваться и вразумлять не стала, отложив головомойку до окончания урока.
В остальном урок как урок, прошёл тихо-мирно, для некоторых скучно.
— Импервиус, — Рон успел первым применить чары, чтобы защититься от мороси, таки начавшейся сыпаться из туч.
— Импервиус, — Гермиона наколдовала более чётко. — Означает «непроницаемый». Применяется и для защиты от дождя, и для защиты от ветра, Рон, — указала всезнайка, ткнув пальцем в оставшуюся колыхаться мантию Уизли. — И для защиты от пылевых бурь, и для защиты от искр огня.
— Импервиус, — тем временем повторяли маленькие джентльмены, научившиеся этому заклинанию на пляжных заседаниях клуба и тоже пожелавшие после Правописания посетить башню с совятней.
— Гермиона, а можно и мне тоже, пожалуйста, — попросила Данбар, не умея.
