Конюшню пришлось законсервировать из-за потери всех пегасов и траты накоплений на восстановление и защиту. Женщин Граббли-Планк больше не трогали. Они погоревали и постепенно восстановили дом. Отправив девочек в Хогвартс, Вильгельмина вплотную занялась тепличным хозяйством, отнимавшим почти всё её время. За семь лет учебы дочки и внучки вдова аккредитовалась на ранг подмастерья магогерболога и подрабатывала в заповедниках как подмастерье магозоолога, следуя политике покойного мужа, чьи планы на жизнь оказались убиты вместе с ним и сыном. Престарелые родители по мужу оказались сторонниками чистой крови, а своих собственных родителей, поздно заведших детей и доживших до восьмидесяти с лишним лет, она похоронила, когда девочки учились на последнем курсе.
Вильгельмина с тяжёлым сердцем продала большой особняк и прибыльные теплицы, когда её дочка и внучка, получив диплом Хогвартса, решили эмигрировать в Америку, куда их мать и бабушка ехать отказалась, но помогла приобрести каждой квартиру и оплатить обучение в престижном Салемском институте ведьм. Женщина осталась одна в Магической Великобритании. Вдова купила себе третий этаж в одном из небольших домов магического квартала Лондона, стала репетитором для школьников и тьютором для домоседов, нанималась к фермерам на сезонные работы. Рисковать одиночными вылазками в магические леса она подумывала и побаивалась, но раз в год с несколькими ведомыми юношами и девушками на домашнем обучении совершала походы на окраины для закрепления теории практикой. Заработков хватало для откладывания на пенсию в доме престарелых Св. Освальда.
Когда-то теплицы Граббли-Планк доросли до поставов продукции в Хогвартс, сам декан Слизерина посещал этот комплекс для отбора лучших ингредиентов к зельям. Это личное знакомство неожиданно сыграло прошедшим ноябрём, когда Гораций Юджин Флакк Слагхорн предложил ей брак по расчёту и работу для разгрузки декана Хаффлпаффа в преддверии следующего учебного года, в который, согласно логическим выкладкам, поступят полсотни детишек, что слишком много для учёбы одним потоком, и при этом останутся почти все нынешние пятикурсники, отчего их тоже нужно будет делить на два потока, в итоге у Помоны Спраут окажется больше часов, чем влезает в расписание.
Гораций оказался в курсе жизненных обстоятельств Вильгельмины, которую сам когда-то обучал Зельеварению первые пять курсов. Он предложил ей оплатить омоложение и создать с ним семью, чтобы завести двух-трёх детей, живя в Хогвартсе по примеру супругов Сикандер и Лонгботтом. Одинокой и престарелой женщине нечего терять. Ей хватало ума понять, что не сможет отказать дочке или внучке, если те попросят приехать в Америку и помочь нянчиться с новорожденными, пока их мамы строят карьеру. Но покидать Англию ой как не хотелось. По первому мужу она уже завершила траур, простившись. Шанс вновь стать молодой и способной вынашивать детей приглянулся Вильгельмине, уютная жизнь в защищённом замке и работа по профилю тоже сыграли свою роль. Хотя женщина плохо представляла необходимость смены личности и все связанные с этим трудности, она повелась на уговоры.
Поттер в облике феникса пролил две слезинки в застывшие очи Граббли-Планк, сожалея о том, что она поддалась сладкоречию мужчины. Поскольку Уизли всё ещё топтался на груди Слагхорна, пытаясь выдавить хотя бы одну волшебную слезинку, второй феникс сел на выдающийся живот, прогнал напарника и сам заглянул в бледно-зелёные глаза, имея достаточно магии и опыта для её целебного применения.
Слагхорн изначально думал вернуться в Хогвартс, соблазнившись шансом заполучить в свою коллекцию знаменитых личностей Гарри Поттера, который обещался стать венцом всего собрания. Думая о гениальном сироте, Гораций вспомнил неприятный факт — он сам до сих пор холост. Прокутил всю молодость и зрелость, а на пенсии его уже не заботил секс, только растопленный камин, бокал вина да свежая газета.
В ходе магических столкновений в период Второй Мировой Войны он потерял семьи брата и сестры, чего именитые родители не выдержали и скончались, а сам Гораций, оставшийся последним в роду, входящем в список священных двадцати восьми, к тому времени уже пару лет как дослужился до декана факультета Слизерин и удовлетворялся заботой о чужих детях, не забывая о постельных утехах с молодыми ведьмами, которых после выпуска из школы выводил в гильдейские подмастерья и мастерицы. Вот и не сложилась у него судьба завести свою семью с собственными детьми. Теперь Горацию представился шанс продлить знатный род, вновь став молодым, пусть не из-за изобретённого им самим эликсира молодости и не от милости Николаса Фламмеля, с которым ему так и не довелось поработать.
