– Ты думаешь?.. – с сомнением спросил Дэн, но передатчик включил. – Можно поймать музыкальный маяк и пропустить это в наш излучатель. Ютавр послушает, и мы заодно…
– Не надо, – сказал Леонид, наблюдая, как индикатор на передатчике пульсирует в такт словам. – Ютавр прекрасно чувствует все маяки и без помощи нашего излучателя.
– Да, но тогда какую же информацию ты собираешься ему поставлять?
– Мы уже поставляем. Нашу с тобой болтовню. Правда, я не уверен, что он от нее в восторге, но в том, что это новая для него информация, я убежден.
Леонид смотрел на экран. Рой приближался. Теперь он принял форму трехлучевой звезды. Каждый луч состоял из трех вложенных друг в друга воронок и чем-то напоминал короткую гирлянду высоковольтных изоляторов, и все это просвечивало сквозь густую сетку замысловато переплетенных усов.
– Что же ты замолчал? – спросил. Леонид. – Перед входом в Рой необходимо болтать беспрерывно.
– А когда понимаешь, что это необходимо, так вроде и не о чем говорить.
– Верно… Есть такая зависимость.
– Может, что-нибудь ему споем? – предложил Дэн.
Они посмеялись.
– Ничего из этого не выйдет, – сказал Дэн. – Он снова нас выплюнет, вот увидишь.
– Посмотрим.
– Тут и смотреть нечего. Выплюнет.
– Увидим.
– Неуловимый он, понимаешь?
– Да?
– Неуловимый прайд.
– Хорошо. Давай дальше… Нужно все время что-нибудь говорить.
– Мы уже входим в него…
– Самое главное не прекращать разговора. Особенно когда войдем.
– Когда войдем, полыхнет красным, и все. Вот видишь, уже начинается…
– Это пчелиное жужжание и прошлый раз было?
– С Маккоубером? Нет, прошлый раз его не было. Смотри, какая воронка!..
– Да, вижу. Километров десять в диаметре.
– Двенадцать. Ну и махина!.. Смотри, мы идем прямо в раструб.
– Вижу, конечно. Осторожненько притормози.
– Не стоит. Мы сближаемся очень медленно. Гляди-ка, что творится в воронке! Будто водоворот! Слушай, Лео, а ведь сливы иногда глотают прямо с косточками…
– Страшно?
– Нет… Удивительное дело! Мы уже почти в воронке, а красное не появляется. Это, наверное, работают твои извилины, Лео.
– И твои тоже. Молодец. Продолжай говорить.
– Все, – сказал Дэн. – Уже розовеет…
– Да, – сказал Леонид. – Сейчас полыхнет… Жаль. А я уж подумал, что нам удалось.
Красный вихрь вошел и остался.
– Нет, – сказал Дэн. – К сожалению, не удалось. А задумано было прекрасно… Ну что ж, хоть прокатимся вниз вдоль этой льдины. Отлично скользит. А на вид какая-то желтая и бугристая, хотя все вокруг очень красное…
– Ничего, – сказал Леонид. – Главное, чтобы скользила…
– Правда, весело? Жаль, что здесь нет Бригитты.
– Нет, это как раз хорошо. Могут быть перегрузки.
Дэн рассмеялся.
– Для Бригитты что есть перегрузки, что нет. Ей все нипочем!
– Смотри, – сказал Леонид. – Льдина кончается.
– Да. А впереди красное море… Одна половина красная, другая оранжевая. Вдоль берега золотая кайма…
– Ты не на берег смотри. Видишь, какой пузырь выпирает из моря!
– Разве это пузырь! Это столб поднимается. Красный, раскаленный столб. Куда он прет? Да быстро как!..
– Верхушка рассыпается фейерверком. Дэн, это не столб. Это взрыв.
– В жизни не видал таких длинных взрывов!.. А море стало прозрачным. Видишь? Несколько террасовых этажей, и все обведены золотой каймой по внутреннему контуру.
– Раскаленная бездна… Вот еще одна льдина явилась. Не там – прямо над головой. Как материк… Желтый светящийся материк.
– Справа тоже идет материк. Только черный…
– Наверное, они сейчас столкнутся, Дэн.
– Наверное… Уже почти касаются краями. Ну, кто кого?..
– Никто никого. Черный материк идет повыше, и они сойдутся, как ножницы.
– Да. И разрежут на две половинки вон тот сияющий синий шар.
– Вряд ли… Это, видимо, плазменный шар. Что-нибудь вроде шаровой молнии, величиной с Амальтею… Вот видишь, взорвался.
– Странно как-то взорвался. Просто расплескался синими волнами. А волны, действительно, будто взрываются. Мельтешат синими судорогами… Посмотри-ка, Лео! Я видел, как под черным материком что-то блеснуло, и вот теперь сквозь него растет фиолетовый гриб. Шляпка черная и клубится…
– Это он кажется фиолетовым, потому что сам он красный, но его окружает синяя оболочка. Видишь, она поднимается вверх и оплывает под шляпкой…
– Посмотри на меня. – Дэн рассмеялся. – Я такой же, как ты? Вот потеха!
– Чего веселого? Лицо как апельсин и будто стеклянное… А ниже ты почти совсем прозрачный – просто красный стеклянный скелет!
– Ты выглядишь нисколько не лучше. Вот потеха! И мослы у тебя вперед коленками, словно присел, и руки вперед… Выпрями ноги.
– Нет, не могу.
– И я не могу. Словно присел и не могу разогнуться…
– Руки у тебя очень длинные, Дэн. Они и так длинные, а когда кости – еще длиннее. Опусти их.
– У меня в руках что-то есть, Лео. Я могу это сжимать, но когда сжимаю, мне тяжело и трудней говорить.
– Мне тоже… гораздо трудней. И все вокруг расплывается. Ничего, Дэн, я потерплю. А ты нажимай. У тебя в руках управление катером…
