— Ну, не то чтобы зря, — неуверенно пожал плечами Макс. — Я же не знаю, какие там у Кайзера планы и возможности. Как по мне, он просто наживую вскрывает гнойник на теле Союза. Да, они толком друг друга не трогали последние годы, не считая стычек на границе. Теперь станет хуже, эхо от всего этого будет ему аукаться ещё черт знает сколько, на чистую победу там можно даже не надеяться — все границы перекрыть не получится. Сколько бы он туда обычных войск ни подтянул, кто-то да вырвется. А учитывая, что волки, пусть и скрываясь, живут практически везде, какие-никакие связи в Союзе они имеют, помощь от собратьев получат, и ловить их потом, ожесточённых, будет тяжко. Но с другой стороны, просто ждать и смотреть, как волки набирают силу — тоже дело сомнительное. Рожают и растут они быстрее, чем люди, пусть и ненамного. Всё же оборотни не совсем…
На последних словах Макс вдруг осёкся и посмотрел на Арруна. Я проследил за его взглядом и тоже смутился. Да, как-то мы слегка разогнались, обсуждая оборотней в присутствии одного из них. Все, конечно, разграничивали берендеев и волколаков — уж слишком разными были эти расы, — но определённые родственные черты прослеживались. А тут на глазах Арруна, по сути, творится полноценный геноцид его дальних родственников. Конечно, извести волков под корень было невозможно — пытались, и не раз, но они в плане живучести не уступали каким-нибудь тараканам, искусно выживая и адаптируясь хоть в дикой природе, хоть среди людей. Но всё же ядерную магию для таких целей применили впервые.
Ну и Вика тоже хороша — с таким энтузиазмом показывать эту картину берендею.
— Аррун, извини, — кашлянул Макс.
— А? Вы что-то говорили? — наш большой мохнатый друг, кажется, прослушал вообще всю разгоревшуюся дискуссию. — Это самое… задумался. Впечатляющая картина. У Прайда такой магии нет.
— В смысле? Ты не знал о существовании…
— Да нет, знал, конечно, — бесхитростно почесал в затылке Аррун. — Просто не видел никогда, и не интересовался. Слишком далеко от моих интересов. А насчёт волчар не беспокойтесь — у меня к ним особой любви нет. Волколаки и берендеи настолько же близки, как волколаки и люди, особенно в культурном и… эээ… иных духовных планах. С людьми у Прайда в таких вещах куда больше общего.
Слегка расслабившись, мы вновь погрузились в обсуждение увиденного, постепенно перейдя на более близкие и непосредственно затрагивающие нас темы. Например, на войну, в которую вступила Российская Империя. Причины, ранее непонятные, стали теперь кристально ясны. Тут как бы и дурак поймёт — хотя дипломатические отношения между странами и были последнее время вполне ровными, но стоило бывшим рейнцам так неосторожно подставиться, как Борис Второй просто не смог не припомнить соседям былое и не оттяпать у них кусок. Скорее всего, где-нибудь на относительном юге, вдоль Дуная и Чёрного моря. Тёплых и плодородных земель у Империи пусть и хватало, но не то чтобы их было в избытке. В избытке были разве что среднеазиатские засушливые степи и пустыни, но пользы от них…
Надолго в общежитии мы задерживаться не стали. Спустя полчаса пересудов, резко спохватившись, разбежались кто куда — всё-таки лекции лишь сдвинули, отменять большинство из них никто не собирался.
Апрель принёс в Петроград непрерывные дожди и суету. Последняя к дождям непосредственного отношения не имела, разумеется. Война будоражила умы военных и магов, переобувшийся в прыжке Патриарх будоражил умы своей паствы, резко сменив свою риторику на прямо противоположную, прекратившаяся с Союзом торговля будоражила экономику… в общем, будоражилось всё и вся. К счастью, все виды бурления понемногу стихали — выйдя на пик к началу апреля, они постепенно пошли на спад. Люди привыкали, логистика перестраивалась, да и отсутствие крупных новостей играло свою роль.
Вести с запада, действительно, поутихли — первоначальные победные реляции сменились сначала менее восторженными, а потом и вовсе, довольно унылыми и однообразными новостями. Из-за отсутствия сопротивления Император умудрился проглотить чересчур большой кусок и теперь лихорадочно пытался его прожевать и не подавиться. Пройдясь бодрым маршем практически до Босфора, русская армия вышла к границе с греками. Но буквально спустя пару дней подоспели освободившиеся дивизии Кайзера, причём в заметно усиленной конфигурации — судя по всему, рейнцы поставили под ружьё всех своих магов, включая древних стариков и студентов. Получив чувствительный удар, русские войска слегка отхлынули, утёрли кровавую юшку, после чего, набычившись, встали намертво.
