– Дина Дейра, Жехард, вы идёте?
– Идём, Земляничка.
– Я не голодна! – Дейра крутанулась и широким шагом исчезла за домом.
Хорошо приправленное специями и зеленью, присыпанное тертым сыром, мясо имело неимоверный вкус. Проголодавшаяся компания проглотила все до последнего кусочка; к большой радости Лады, гречка тоже пользовалась успехом, была вкусной, и в достаточном количестве. Мысленно похвалила себя за то, что заведомо отложила на завтра парням в дорогу мяса и лепёшек, а также порцию ужина для хозяйки дома.
Когда начала разливать всем в большие кружки кисель, спускались сумерки. Жехард прошёлся по дому, закрывая на ночь шторы, возвратился на кухню.
– Дейра предупредила, что окна лучше не открывать, свет не светить. Можно только одну свечу, но при зашторенных окнах. Похоже, с некоторых пор не стоит полагаться лишь на защитный купол.
Равд присвистнул.
– Ничего себе дела. Дейра не объяснила, почему такие предосторожности?
– Нет, но не забывайте, Буйный из-за того и заповедный, что…
– Что здесь живёт стерва Дейра?
– Кеф, успокойся, не то когда-нибудь действительно узнаешь на себе всю степень её стервозности. Ты сейчас находишься в доме Дейры. Небось, не решился бы ночевать в Буйном под открытым небом? – осадил его Жехард.
– Закрытым, – мрачно улыбнулся Равд. Говорят, листья деревьев Буйного ночью соединяются и закрывают небо совсем.
– Как это? – удивилась Лада.
– Ветки вытягиваются, листья поворачиваются горизонтально и прилегают плотно друг к другу. А днём разъединяются и могут становиться вертикально, чтобы пропустить свет Светоча для кустов и травы. – Равд отхлебнул с кружки, обжёгся. Кеф отодвинул свою подальше:
– И кто ж этот господин "Говорят"? Хотел бы я посмотреть на счастливчика, вернувшегося с ночёвки в Буйном.
Из открытого окна повеяло запахом роз, сухой ромашки, мяты и других приятно пахнущих незнакомых трав.
Жехард закрыл окно наглухо, поправил штору:
– Кеф, вообще-то, ты обычно то и делаешь, что пялишься на нее, хоть и называешь стервой за глаза. Сегодня тоже будешь спать на кухне, чтобы подсмотреть Дейру в ночной сорочке и потом еще полгода вздыхать по ее "страшной" красоте?
– Дейра не считается, она сама дикая, как лес – его тоже опасаются, но никто не возражает, что он необычайно красив… Стоп. Это она ночевала в Буйном? И осталась жива?
– Да, – Жехард зажёг свечу на подсвечнике в центре стола. – Ей повезло оказаться под дубом Адора. Волшебное дерево действительно еще живо. Более того, я знаю, что Дейра сажала его желуди.
Все уважительно замолчали, глядя на свечу, затем начали пробовать кисель, вкусно пахнущий земляникой.
Равд объяснил Ладе, что давным-давно волшебный дуб в их мир переместил Адор Великий. Это великолепное дерево может появляться в неожиданных местах. Во многих старых сказках рассказывается, как дуб Адора спасает зазевавшихся путников, приподнимает их на ветки и окружает стеной из листьев, тем самым защищая от кегретов, черных тварей, появляющихся в ночной темноте.
– И Дейра всю ночь сидела на шершавой коре огромного дуба, такая нежная, тонкокожая, в одной коротенькой ночнушке, с шоколадными волосами, развевающимися на ветру… – произнёс Кеф с мечтательным взглядом.
– Кеф!
– А? Ну да, дуб Адора, стена из листьев… никакого ветра.
Равд заулыбался, Жехард выразительно посмотрел на Кефа.
– … И ещё именно Дейра спасала короля Керсана, – сказал Равд.– М-м-м, как вкусно. У нас такого не варят. Лада, у тебя просто талант делать вкуснятину из ничего.
– Спасибо за комплимент. Если честно, это очень простой напиток, я немного переживала, думала, что вам может не понравиться.
– Мне понравился, – заявил не сводящий с нее сияющих глаз Жехард. – На вкус приятно сладкий и …нежный.
Лада грустно улыбнулась: вспомнила, как однажды готовила для Макса.
Тогда к ней в гости напросилась его мама. Ради такого случая Лада не пожалела на знатный ужин ни денег, ни времени. Тамара Михайловна по достоинству его оценила, вот только на десерт Лада испекла творожный пудинг, а к нему подала кисель. Вкусный, малиново–красный, с ягодками клубники и белой черешни. А мама Макса сказала:
– Фу, я такого не ем. Желе – да, возможно, попробовала бы. Ладочка, у тебя не хватило денег на желатин? Вообще ты могла купить обыкновенный тортик и не заморачиваться со всем этим, – она указала на воздушный пудинг с золотистой корочкой таким жестом, как будто хотела смахнуть со стола.
Лада так и застыла с улыбкой на губах.
– Макс, а ты будешь? – спросила рассеянно своего парня, совсем изменившегося в присутствии мамочки.
Он брегзгливо отвел ее руку с угощением.
– Нет, убери. Свари нам лучше кофе.
– Да, мы с Максюшей будем кофе.
Это их "мы"! Тогда Лада впервые почувствовала, что находится по другую сторону стены, в которой для нее нет двери. А долбить преграду нужно было бы всю долгую жизнь Тамары Михайловны.
Отвлек от воспоминаний Кеф.
– Мне тоже понравился, – он подошел к кастрюле с киселем, чтоб налить себе ещё.
– И мне налей, – подставил ему свою кружку Равд.
