– А сегодня я предлагаю дать Чарли шанс наверстать упущенное, – продолжила она. – Он сам мне говорил, что это его заветная мечта. Так давайте поможем человеку, и пусть сегодня он моет школу один!
Восторженные возгласы заглушили возмущённый протест Мангустины:
– Это просто смешно! У нас на уборку уходит целый час, а нас тридцать человек! Ему ни за что одному не справиться.
Когда все затихли, Чарли и Джун смотрели друг на друга в упор. Они сцепились не на шутку, и каждый из них ждал, когда противник даст слабину.
– Будешь знать, как исчезать посреди разговора, – сказала наконец Джун и дерзко повернулась к их дружбе спиной, больно ранив Чарли.
Хотя он начал догадываться, почему она дуется. Накануне он оставил её стоять здесь, у фонтана, а сам отправился на поиски источника заклинания, из-за которого она окаменела, чтобы его снять. И, как он и ожидал, она пришла в себя, как только он и Мангустина уничтожили ловушку для спокойных. Но для Джун прошла всего одна секунда, и она не поняла, как Чарли умудрился так быстро исчезнуть. А так как спокойные не видят магии, то ей, конечно, стало не по себе оттого, что её друг исчез таким странным образом прямо посреди их ссоры. И не найдя лучшего объяснения, она решила, что Чарли наглым образом развернулся и ушёл, не дав ей договорить.
Остальные ученики были только рады не убираться и быстро разбежались по домам. Джун тоже направилась к выходу, но, обернувшись, увидела, что Мангустина осталась стоять рядом с Чарли.
– Мангуст, ты идёшь?
Учась с Мангустиной в одном классе, Чарли знал, что она не выносит, когда коверкают её имя. Обычно, когда её что-то раздражало, она нервно поводила плечом под своим огромным свитером. Но в этот раз она просто съёжилась больше обычного: ей было не просто не по себе – она явно что-то скрывала.
– Нет. Я должна помочь Чарли с уборкой, – без особого энтузиазма выдавила она.
– Ты ему здесь не нужна, – парировала Джун. – Ему вообще никто не нужен. Разве не так, Чарли?
Он зашевелил губами, пытаясь ответить что-нибудь более или менее вразумительное. Но тут Мангустина, помотав головой, неохотно добавила:
– Если я не помогу Чарли, он точно не справится. И завтра нас всех накажут ещё на неделю.
Джун пожала плечами. Ей было плевать. Всё, что она хотела, – это дать Чарли испить горькую водицу из болота обиды, в котором тонула их дружба. Когда она наконец вышла за ворота, Чарли спросил у Мангустины:
– Ты в самом деле мне поможешь?
– Я же не сказала, что это безвозмездно. Взамен я хочу встретиться с твоей бабушкой.
Чарли заколебался в нерешительности, но потом отрицательно покачал головой:
– Нет. Ей бы не понравилось, если бы кто-то увидел её в таком состоянии. У неё было… есть чувство собственного достоинства.
– Но ведь это не ради нездорового любопытства! Я просто всегда мечтала её увидеть, вот и всё! Да и потом, ты не думаешь, может быть, ей даже пойдёт на пользу встретиться с одной из её читательниц? – Так как Чарли всё ещё сомневался, она продолжила: – Ты правда хочешь мыть школу один?
Сначала инцидент с бабушкой, потом ссора с Джун… Чарли отметил про себя, что день точно не задался.
– Теперь ещё и шантаж, – прошептал он. – Супер.
– Понятно: маленький несчастный богатенький мальчик решил преподать мне урок? Ну, давай объясни мне, как же ты собираешься меня превзойти. А у тебя ведь всё для этого есть: и крыша над головой, и Спутник мага, и знаменитая бабушка-волшебница!
– Моя мама спит в гостиной, и с больной бабушкой мы справляемся своими силами, понятно? Сегодня утром у неё случился ужасный приступ. Поверь, ты бы не захотела при этом присутствовать! Всё, с меня хватит! Надоело, что все вокруг отравляют мне жизнь из-за всякой ерунды! Ты не была на моём месте, и не тебе судить, ясно? – Он замолчал.
В порыве эмоций, постепенно повышая голос, он подошёл к Мангустине слишком близко. Она храбрилась, пытаясь выглядеть так, будто полна решимости, и поэтому Чарли не сразу заметил, что она испуганно поджала губы. Зато, когда, не выдержав его натиска, она всё-таки отступила на шаг назад, ему всё стало ясно. А ещё она взглянула на свой кулон, будто решая, стоит ли сейчас пускать в дело магию, но, увидев, как мало золотого песка у неё осталось, отказалась от этой затеи. Ну точно, он её напугал.
Чарли быстро оценил ситуацию: он был на целых двадцать сантиметров выше. И явно сильнее физически. А она была явно испугана. Да, она запросто могла бы уложить его на лопатки с помощью магии, но то, что он только что сделал, было скорее из разряда психологического давления. И в тот момент Чарли отчётливо понял, что он никогда не повёл бы себя так ни с Учителем Лином, ни с мамой. Почувствовав, как его гнев оборачивается против него самого, он сжал его в кулаке, как если бы смял листок бумаги, желая спрятать его от посторонних глаз. Гнев постепенно угас.
– Извини, – сказал он наконец, – насчёт бабушки – ладно. Если хочешь, могу отвести тебя к ней после уборки. – Это было единственное, чем он мог загладить свою вину.
Мангустину это застало врасплох:
– Что… правда? Э… ну хорошо, давай.
