Так же как Вольтер, секретарь вспоминает о неудачных хлопотах у германского императора. 17 июня (тюк, по его версии, прибыл 18-го) прусский король послал приказ освободить Вольтера, взяв с него письменное обязательство при первой возможности возвратить книжку. Но приказ не прибыл к 20 июня, когда была предпринята неудачная попытка бегства в Майнц. О солдатах и о том, что мадам Дени волочили по грязи, Коллини пишет, что это выдумка раздраженного Вольтера. Мари Луиза сама явилась в гостиницу, где содержали дядю со всем штатом. 21-го приказ Фридриха от 17-ю был получен, а 25-го — другой его приказ — освободить задержанного без всяких условий.
Может показаться странным, Вольтера не освободили и не выпустили с сопровождающими лицами из Франкфурта сразу после того, как прибыл тюк, ящик или сундук из Лейпцига и он вернул книжку, и даже после получения двух приказов короля, и зачем ему понадобилось снова попытаться бежать, из-за чего Фрейтаг продержал пленника еще две недели во Франкфурте.
У Коллини мы находим разгадку. Лейпцигский сундук был вскрыт только после того, как Фрейтаг, послав новое донесение о второй попытке узника к бегству, получил от своего повелителя нагоняй и вынужден был, наконец, снять арест.
Из-за своей горячности Вольтер чуть было не пристрелил надзирателя Дорна, который пришел, чтобы его освободить и вернуть деньги и отобранные вещи, вплоть до табакерки. Хорошо, Коллини успел схватить патрона за руку и спасти Дорна! Вольтер был крайне возмущен еще и. тем, что с него же взыскали сто гульденов за содержание.
Да еще и мошенник-издатель Ван Дюрен потребовал уплаты по счету тринадцатилетней давности.
Вольтер везде кричал, что его дотла ограбили во Франкфурте, и в «Мемуарах» написал: «Нельзя было дороже заплатить за поэтические произведения короля прусского. Я потратил приблизительно ту сумму, которую он издержал, чтобы выписать меня к себе и получать мои уроки. Таким образом, мы квиты».
И в том, что касается оплаты счета Ван Дюрена, патрон и секретарь расходятся. В «Мемуарах» читаем: «Он заявил, что его величество должен ему двадцать дукатов, и я ответствен за это. Он насчитал еще проценты и проценты на проценты. Месье Фишер, франкфуртский бургомистр, признав расчет вполне правильным, заставил меня выложить тридцать дукатов, двадцать шесть из них взял себе и четыре отдал жулику-книгопродавцу». Коллини же рассказывает об этом случае совсем иначе. Вместо уплаты Ван Дюрену Вольтер закатил ему пощечину и быстро убежал. Находчивый секретарь утихомирил и утешил книгопродавца тем, что пощечину он получил от великого человека.
Вольтер во всем обвиняет
О возвращении Вольтера в Пруссию не приходилось и думать. Поэтому у Фридриха II были все основания требовать обратно и камергерский ключ, и орден «За заслуги».
Конечно, сыграли роль и описанные случайности. В результате же Вольтер провел пять весьма неприятных недель, а Фридрих II заплатил несмываемым пятном на своей репутации, запачкав себя тем, что, по примеру Франции, рукой палача сжег книгу и арестовал великого человека.
Только 7 июля Вольтер уехал из Франкфурта. Он прожил три недели в Майнце, чтобы, по его выражению, «высушить свои вещи после кораблекрушения».
Конечно же, Вольтер мечтал о Париже, страстно хотел туда вернуться.
Но если камергерский ключ, орден «За заслуги», «волшебное зелье» не смогли вернуть, точнее — снискать, расположения Людовика XV и королевы, их приближенных, то и ссора с Фридрихом, на что Вольтер рассчитывал, — тем более. Он из Майнца переехал в конце августа в Страсбург и оттуда делегировал как парламентера к французскому двору мадам Дени. Надеялся — добьется для него разрешения вернуться в Париж. Увы, как Мари Луиза ни хлопотала, будучи крайне заинтересована и лично, как ни обивала все пороги, ничего утешительного сообщить не могла.
Больше всего настраивало короля против Вольтера духовенство.
