— Я его понимаю, — вдруг подал голос Корак. К пиву он так и не притронулся, зато вперился взглядом в экран. — Этот… Люцифер, он перебивает все проблемы развлечениями. Секс, наркотики и рок-н-ролл. И кажется, как будто он забывает, ничего не чувствует.
— У него есть семья, которая поможет, — серьезно поправил Влад. — Правда, Люцифер до этого додумается не в этом сезоне. Но ты-то чуток поумнее?
Это было точно то, что Кара хотела сказать, но он успел раньше нее. Пусть и в своем стиле, что поддержка немного перекашивалась в способ начать новую ссору, но все они почувствовали, что Влад говорил искренне. Корак неуверенно улыбнулся.
— Лучше б ты пиво разморозил, философ, блядь, — растерянно огрызнулся он.
— Его просто нужно обнять, — тихонечко прошептала на ухо, притянув Кару к себе, Ишим. — И пожалеть.
— Корака, Влада или Люцифера?
Корак сидел нахохлившейся вороной на своем краю дивана, гипнотизировал смерзшееся в банке пиво и вовсе не был похож на того, кого стоит трогать. И все же — он был рядом, вот в этой вот по-домашнему уютной инквизиторской квартирке, тут, а не в любом ночном клубе Петербурга, не искал неприятности, а смеялся с ними и по старой памяти огрызался на Влада, который услужливо подыгрывал. Корак был настоящим — не играл, как привык, как тот двойник Дьявола с экрана.
— А я бы обняла всех, — нахмурилась добренькая девочка Ишимка, словно для нее и не могло быть другого ответа.
========== — кризис среднего возраста ==========
Комментарий к — кризис среднего возраста
#челлендж_длялучших_друзей
тема 9: вечеринка
Когда логично писать юмор, я пишу ангст, потому что мы не ищем легких путей. Просто наши товарищи частенько пили в предыдущих зарисовках, так что просто изображать очередную гулянку нам показалось скучным.
Тут день рождения Влада, которому стукнуло ровно 50, немного хандры и дружеская поддержка, которая так нужна. Здесь он еще не бес, но как раз размышляет над этим - можно сказать, этот эпизод Влада и убедил.
(В беса превращают проклятием, и у Кары как раз есть полномочия)
Несмотря на все слухи о гвардейской кровожадности и мрачности, праздновать здесь любили столько же, сколько и в Аду в целом. Слишком много на долю демонов приходилось горького да печального, потому они так уважали широкие гуляния с песнями, с плясками, с хмельным разудалым весельем. И Гвардии нужен был повод, чтобы отвлечься от ежедневной рутины с патрулями по Столице и Первому кругу, от полицейской службы, оказавшейся на них сваленной.
В Аду не принято было отмечать дни рождения — истинно человеческий праздник, а демоны, вечные, живущие долгие тысячи лет, уж и не помнили свои даты, но два мира в последнее время дико перемешались и учились друг у друга. Кара сама помнила, как в Столице, стоявшей среди алой жаркой пустыни, в конце декабря многие духи, люди умершие, по старой памяти доставали откуда-то пушистые ели, пахшие хвойной смолой и звонким морозом, и наряжали их. Неудивительно, что за шанс отпраздновать юбилей капитана Гвардия схватилась обеими руками: Влада они любили.
Пару недель, едва заговорили воодушевленно о всенародном пире, Влад ходил мрачный, огрызался, скалился — точно время мотнуло назад, и они оказались раньше на несколько десятилетий, когда Влад шатался по Аду без цели и смысла. Что-то мутное и тоскливое Кара видела в его глазах. Сколько Кара его помнила, дни рождения он никогда не отмечал, они с Яном чудом, случайно вызнали дату и загорелись идеей. Хороший праздник должен был за шкирку вытащить Влада из наплывшей хандры.
Посреди зала поставили широкие столы на толстых ножках, вытащили лучшие подносы и кубки; на кухне с самого утра стоял гвалт, шум и жар — там же сновала Ишим, хлопотала о блюдах и десертах, радостная, что может так помочь, поработать на общее дело. Кара могла только распоряжаться, но делала это с душой, стараясь все устроить как можно лучше и красивее.
В другой день Влад — Кара и не сомневалась — веселился бы со всеми, травил байки под общий хохот и упрямо тащил танцевать упирающегося шипящего Яна, но тут принял несколько поздравлений с кривой ухмылкой, выпил немного и поспешил затеряться среди гвардейских мундиров. Кара как раз выкрикивала очередной тост под воодушевленный рев; она стояла на столе, широко размахивала кубком с вином, чудом не расплескивая его на себя, а в горле уже саднило. Приходилось почти кричать, чтобы ее слышно было за музыкой, которую вдохновенно наигрывали приглашенные музыканты, за разговорами и живым смехом. И тогда, спустившись, похлопав кого-то по плечу, сверкнув усмешкой, Кара поняла, что Влада рядом давно нет. Нашла взглядом Яна — тот стоял в окружении солдат из их Роты, что-то рассказывал; столкнувшись взглядом с Карой, тоскливо улыбнулся и покачал головой.
