Интуиция, затихшая в последние часы, при мысли о том, что можно было бы по «запаху» отыскать эту угрозу и глянуть на неё, чтобы понять, что именно бродит тут в окрестностях моего родного города, только пискнула что-то неразборчивое и в конвульсиях сдохла.
«Запах» пугал. Глубинные чувства, возникающие где-то на периферии сознания, там, где вотчина животных инстинктов, твердили мне замереть и не шевелиться. Зарыться в снег, и не отсвечивать, чтобы не быть обнаруженным. Животные инстинкты требовали держать Вермайера рядом с собой и приглядывать за всеми своими бойцами в оба, чтобы они, не дай бог, ничего не сотворили и не привлекли внимания этого «кого-то или чего-то».
Времени для принятия решения было мало. Решение было сложным.
Если то, что распространяет вокруг себя этот «запах», пройдёт мимо, я просто посмеюсь потом над своими страхами. Но если эта тварь заглянет в гости к Апраксиным, туда, где сейчас собраны вообще все обладающие способностью к магии жители моего родного города и учинив там безобразие, я себе этого никогда не прощу.
— Значит так, док, — я резким движением встал на ноги, — ты всё сделал так, как и обещал директору. Приложил максимум усилий, чтобы удержать меня вдали от города, даже чуть не умер, когда Катя с тебя снимала чужое проклятье. Но, сил тебе не хватило. Если будут спрашивать, говори честно — меня очень заинтересовал тот, кто наложил проклятье на моего человека. Оставить без ответа такую наглость я не могу. Потому, иду в город. Искать.
— Что ты задумал, Найдёнов? — Вермайер с недовольной миной поднялся вслед за мной, — и что делать мне?
— Тебе — ничего, — обрадовал я дока, — держи данное слово. Заодно посмотрим, насколько крепко слово императора и чему он предпочитает следовать, духу или букве договора. Ты не вмешиваешься ни во что. Только смотришь. Ты же обещал именно это?
Вермайер кивнул, разворачивая плащ и оттряхивая его от налипшего снега.
— Ну, вот и отлично. Дуй в город, мы следом за тобой.
Через несколько минут Малыш уже пробивал толстый снежный покров, на огромной скорости неся расширенный состав «Крылатой бригады» в сторону города.
Пока мы не пересекли границу города, и всё не завертелось, я вкратце описал ситуацию, максимально упуская детали, но сильно сгущая угрозу и риски. От всех в едином ключе полыхнуло азартом и предвкушением. Никакого страха, неуверенности и сомнений. Лишь чуть-чуть от Царёва и Гороховой тянуло опасением, и я поспешил развеять все вопросы.
— Царёв, — обернулся я к замершему в напряжении парню, — наша миссия завершена, то, что будет дальше, выходит за границы контракта. Сам понимаешь, дерьмо, в которое мы вляпались — первостатейное. Если не хотите рисковать — я вас пойму. Одно слово и мы вас высадим у школы. Без всяких обид!
— Совсем охренел, Алекс? — криво усмехнулся Царёв, — у меня только начало получаться, а ты предлагаешь «спрыгнуть»? Я всю жизнь хотел достичь чего-то большего, чем быть мясом! И в шаге от мечты ты мне предлагаешь свалить? Да ещё и без обид?
— Мы одна семья! — подала голос из-за спины Царёва Рух, — не обижай сестрёнку! Только-только стало интересно!
— На хер все сопли! — вмешался Стержень, с выкриком задрав к небу руку с зажатым в ней ножом, — погнали вломим директору! Всегда мечтал это сделать!
Костяная химера не снижая скорости, несла нас по улицам города, уже замершего перед прыжком через бездну.
Восторженные крики «Крылатой бригады» разгоняли мою тревогу и даже тугой комок плохих предчувствий не так давил на сознание.
Поддержка банды согревала, придавая уверенности. Страх, липкими щупальцами проникший глубоко внутрь, уже не имел надо мной власти. Тугая волна эмоций захлестнула меня с головой, выплёскиваясь наружу в общем безумии.
— На хер директора! — взревел я, одной рукой ещё крепче прижимая к себе Иглу, другую вскидывая к небу и материализуя в ней двуручник одного из скелетов Склепа, — вломим всем!
Сколько я уже тут живу? Шесть месяцев? Восемь?
С последними событиями я сбился со счёта. Хотя это не так и важно. Намного важнее, сколько я ещё тут проживу.
Последние события намекают мне, что не так и долго.
Мда… совсем не так я представлял себе своё аккуратное «вжиться в местное общество»…
С другой стороны, какое общество, такое и «вжиться». Как они ещё тут не повымирали к чертям собачьим?
Особенно с такими традициями.
Внутренняя стена замка Порядка, защищающая центральную часть города, то место, где проживали лучшие его люди, внушала трепет. Сложенная из огромных каменных глыб, стена поднималась на высоту более тридцати метров и имела толщину не менее пятнадцати. Надвратные башни возвышались над верхним срезом стены ещё метров на десять. Слева и справа от ворот, метрах в пятидесяти, подпирали небо ещё две башни, размеры и мощь которых заставляли трепетать. Остаточные эманации мощнейшей защитной магии, совсем недавно защищающей этот рубеж обороны, продирали до кишок.
Огромные ворота из фервальта, защищённые мощной решёткой, были распахнуты. Решётка поднята. Защитная магия снята.
На стенах и башнях не было никого.
