«
Почему сразу враг? Может быть, это было случайное воздействие. Или его целью было только отвлечь, и это не было атакой…
«
Я же, как он и советовал, внимательно изучил ажурную вязь наложенного на Вермайера заклинания, старательно запоминая все детали и особенности. Потом попросил Катю развеять эту гадость.
Когда остаточные следы заклинания распались клочками бесцветного тумана, Вермайер с трудом сел и схватился руками за голову.
— Как самочувствие, док? — поинтересовался я у него.
— Херово, Найдёнов! — со стоном ответил Вермайер, — спасибо, что разобрался, а не грохнул меня на месте! Мой долг перед тобой ещё немного вырос.
— Оу, — улыбнулся я на старую шутку, — рад, что ты снова с нами, док. А теперь, в двух словах, что там творится, в городе, и кто тебя проклял этой гадостью?
Рассказывал Вермайер недолго. Уложился буквально в четверть часа. С его слов выходило, что в городе творилась какая-то дичь.
Дичь качественная, интересная, приятная глазу простого обывателя. В городе происходил передел власти. Апраксины устроили маленький междусобойчик. Этакий турнир, в котором не было ограничения для участников, а победитель забирал титул главы рода.
Самонадеянно, конечно, с их стороны. Но понять их можно. В родовом замке, в месте их силы. Чего им бояться каких-то пришлых?
Но, всё равно дичь какая-то.
— Док, а у Морозовых как глава рода выбирается?
— Тебе то зачем, Найдёнов? Хочешь возглавить погибший род?
— Хочу сравнить, — пожал я плечами, — если это не секрет.
— Секрет, конечно, — поморщился Вермайер, — но не от тебя. Ты, всё-таки, обручён с наследницей рода. Хоть и погибшего.
Мы разговаривали, сидя прямо в снегу, в том самом закутке овражка. Вермайер скинул свой щегольской плащ, свернул его в несколько раз и удобно разместил на нём свою костлявую задницу. Мне в моей экипировке снег вообще не доставлял каких-либо неудобств. Я лишь краем сознания приглядывал за своей бандой, чтобы чего не учудили. Они спокойно нас ждали, занимаясь своими делами. Кто-то следил за округой, кто-то перебирал экипировку, Катя дремала, закутавшись в меха.
— Чтобы сравнить, тебе не нужно разбираться в ритуалах погибшего рода. Тебе достаточно знать, что Апраксины — единственный род в нашем государстве, который даёт человеку, не являющемуся членом главной семьи, или членом семьи старейшин, вообще постороннему, не относящемуся к роду, человеку шанс стать во главе рода. Шанс смешной, мизерный, больше похожий на издёвку. В обычных условиях. Родовая спесь. Высокомерие. Унизительное пренебрежение другими, — словно выплюнул Вермайер.
— В обычных условиях? — зацепился я за уточнение.
— В обычных условиях, — кивнул Вермайер, — никаких шансов у постороннего человека нет. Даже артефактная поддержка никогда не пересилит Воплощённую энергию в самом сердце её Воплощения. И наш новый директор совсем не дурак. Он бы никогда не полез туда, где не имеет никаких шансов. А раз он полез, значит, что-то с этими условиями не так. И ты, Найдёнов, отрываешь меня от самого захватывающего и любопытного зрелища!
— Вот прямо сейчас всё и происходит? — уточнил я у дока, от которого тянуло нетерпением, немного весельем и почти идеально скрываемым раздражением. Урок док усвоил не до конца, но всё-таки усвоил.
— Когда ты меня сюда выдернул, должны были начать, — вздохнул Вермайер.
— И долго они будут «соревноваться»?
— Никто не знает, — хмыкнул Вермайер, — такое происходит первый раз! Но, думаю, до вечера растянется.
— Значит, успеем посмотреть, — подвёл я черту, — не спеши, док. Пока не объяснишь, что там и к чему, мы с места не сдвинемся, но и ты тоже тут, с нами будешь сидеть!
— Да я всё тебе уже рассказал! — возмутился док, — да и нечего вам там делать! Зачем Катю подвергать опасности? И самим рисковать?
— Не всё, — отрезал я, разгоняя энергию костяного двора и заставляя Вермайера побледнеть от ощущений, — Ты, Август Пантелеевич, очень аккуратно и старательно обошёл в своих рассказах настоящую причину, по которой Крылатой бригаде не стоит сейчас соваться к Апраксиным. Ведь даже если глава занят, старейшины заняты, есть ещё и сестрички-близняшки Маришка и Ульяна, которые вполне компетентны нас выслушать. Особенно, Ульяна. А такая угроза от диких — не шутка.
