У Российской империи друзей нет, и не важно, что это империя магическая и находится в другой ветви реальности. Магические диверсии против золотой молодёжи империи перегружают все имперские службы. Не все диверсии недругов тщательно подготовлены и качественно спланированы, ведь главное для них, чтоб Россия перенапрягала все свои силы и несла потери. Вот только иногда именно просчёты и приносят неожиданные дивиденды.
Звонок мобильного магофона оторвал Ярослава Плетнёва от работы. На экране устройства высветилось имя "Николай Т", заставившее промелькнуть в сознании целый пласт воспоминаний.
С Коляном они познакомились в армии и поскольку были земляками, то не только держались вместе, но и сдружились по настоящему. А ещё у Николая была младшая сестра Оксана, на которой Ярослав чуть не женился, но пронесло...
История получилась такая. Увольняясь в запас из Императорской армии, парни обменялись адресами, и, отгуляв после службы пару недель, Ярослав рванул проведать друга, который с недавних пор больше чем брат.
Николай жил в двадцати километрах от города, на окраине большого села, и доехать до него на автобусе было несложно.
Приехав в село, Плетнёв расспросил у селян дорогу и через полчаса уже стучался в калитку нужного дома. На стук вышла очень симпатичная девушка лет семнадцати, которая при виде бывшего десантника засмущалась.
– Вам кого?- проговорила девица.
– Тебя, красавица.- улыбнувшись, проговорил он, невольно любуясь девичьем смущением, от которого аура девушки налилась красно-оранжевым цветом одарённой стихии огня.
– А вы кто?- отступив пару шагов назад, поинтересовалась она. - Может вы к Николаю? Так он с дедом, в кузнице.
– А кузница где?- поинтересовался Ярослав.
– Так на задах. Вы проходите и по тропинке через огород.- махнула она рукой и предпочла удалиться, кокетливо выгнув кулачок и демонстрируя женственную походку.
Столетний дед Николая Егор Фомич тогда был ещё в силе и брал заказы на изготовление изделий, и, заглянув в просторное помещение кузни, Ярослав попал как будто в сказку. Николай тогда орудовал парой мехов и встретил товарища, не отрываясь от работы, а вот сам мастер, коротко крикнув," Не мешай", через несколько секунд выдернул из горна раскалённую добела поковку и задорно проковал её на нагретой докрасна плите железа, вставленной в отверстие наковальни.
Увидев это, Ярослав понял, что влюбился в этот процесс, и получилось так, что следующие три года Плетнёв почти каждый день пропадал в усадьбе друга, помогая деду Егору, ну и сам наматывая на ус опыт мастера.
Дело ладилось, Оксанка, сестра Николая, подросла и вроде бы как стала его невестой, но в один прекрасный миг оказалось, что она беременна.
Все планы на жизнь у Ярослава в одночасье рухнули, ведь близости с девушкой до свадьбы Плетнёв не допускал, и он покинул усадьбу, чтоб не теребить сердечные раны.
С тех пор прошло пять лет, и с Николаем они поддерживали отношения нечастыми звонками по праздникам, но сейчас, отвечая на звонок, Ярослав чувствовал что-то неладное.
– Привет, братишка!- донеслось из магофона.
– Привет, братка. Как у вас?- поинтересовался Ярослав.
– Дед на погост ушёл, так что новости не совсем радостные.- ответил Николай.
– Похороны когда?- поинтересовался Плетнёв.
– Да схоронили уже. Тебя не звали, Оксанка против была, так что, извини... Я что звоню... Мы усадьбу продавать будем, так что всё распродаём. Тебе звоню первому, может захочешь что из мастерской забрать.
– А ты ковать - не? - поинтересовался Плетнёв.
– Да наковался я уже. Сейчас времена уже не те, чтоб на этом много заработать можно было, да и Оксанка в город переезжать собралась. Денег надо.
Быстро прикинув, что у него с деньгами, Ярослав спросил:
– Сколько просишь?
– Ярик, вот сколько сможешь, столько и подкинь. Наши проблемы ты знаешь, ну а я тебе доверяю.
– Есть четыреста штук.- ответил Ярослав.
– Это даже больше, чем я рассчитывал.- оценил благородное предложение друга Николай.
– На новую тачку копил. Хотел "Барыгу" брать вместо этого импортного хлама.
– А твой фургон что?
– Так старенький он, хочется что-то поновей взять и отечественное, а не дешманский импорт для совсем нищих.
– Ты смотри сам, подумай пару дней, чтоб не сгоряча решение принимать.- проговорил Николай.
– Да всё нормально, Коль. Завтра пятница, после шести вечера заеду, да всё провернём. На дачу всё отвезу, там и буду колдовать по выходным да праздникам. Я давно скучаю по звонкой песне металла, по рунам на клинках, так что спасибо, что предложил.
– Отлично!- явно обрадовался товарищ.
***
Пятитонный нипонский грузовичок с трудом вместил новые приобретения. Фомич был мужик запасливый. Кое-как втиснув в кузов пружинный механический молот, всё остальное место забивали инструментом и металлом, да ещё в кабину Колька затолкал дедовы книги в картонных коробках, рабочие записи и пару мешков флюса для сварки - буры. Как говорится всё по-братски, всё от души.
В обратный путь Ярослав выезжал уже ближе к одиннадцати вечера. К двенадцати должен был добраться до дачи, переночевать и заняться переоборудованием дачного домика в производственное помещение.
На трассу он выехал в уже сгущающемся тумане, в августе это дело было частым. Впрочем, ехал он небыстро, чтоб ненароком ничего не потерять по дороге.
