— Атар не сбежал! — не выдержал Тьелпэ. — Не надо так о нем говорить.
— Много ты понимаешь! — рявкнул Турко. — Решил сам перебить тех тварей, вот и все.
— Дядя, — спокойно, но твердо произнес Тьелпэ. — Я более чем сомневаюсь в такой причине его отъезда. Успокойся. Пожалуйста. Нам, то есть тебе, надо заняться делами в крепости, а не гадать. Вернется — сам расскажет.
Келегорм совсем иначе посмотрел на взрослого и серьезного племянника.
«И когда вырасти успел?» — подумал он, кивнув Тьелпэ.
— Хорошо. Ты прав, — признал он и вышел, а через мгновенье вновь заглянул в комнату, чтобы извиниться.
Ночи становились все длиннее и уже ощутимо прохладнее. Теперь Лехтэ не просто заворачивалась в плащ, но и старалась накидать побольше лапника, а сверху укрывалась тонким одеялом.
По утрам же, когда Анар забирался на небосвод и начинал припекать, снова казалось, что до осени им всем еще ехать и ехать. Примерно как от Амана до Эндорэ.
— Куда они летят? — поинтересовалась Лехтэ и указала взглядом на птиц, собравшихся в клин.
— На юг, — пояснил Острад. — Туда, где зимой им будет теплее и сытнее. А весной они вновь вернутся.
Нолдиэ задумалась. В прежние времена в благом краю ни в чем подобном у пернатых не было ни малейшей надобности. А тут им пришлось приспособиться.
На одной из стоянок Лехтэ изловчилась вымыть голову. Конечно, искупаться целиком ей хотелось больше, но эта радость пока была недоступна.
Высушив волосы у костра, она вновь заплела их на манер воинов-нэри и стала тем, кем казалась на протяжении всего пути.
Время от времени им встречались всадники, по одному или небольшими группами, по большей части нолдор, но иногда попадались и авари. Однако никто из них не беспокоил отряд излишним вниманием.
— Долго еще до Химлада? — спросила как-то поутру Лехтэ у Тариона.
— Весьма, — отозвался тот. — Мы еще даже не достигли середины Эстолада.
Тэльмиэль лишь вздохнула в ответ, немного взгрустнув.
Они позавтракали, собрались и, как всегда, продолжили путь. У самого горизонта начиналась рощица, в которой, по словам Острада, располагалось одно из селений лесного народа.
— Быть может, заедем, пополним припасы? — предложил Тарион.
Старший на фалатрим пожал плечами:
— У нас еще лембас есть и немного круп. Крюк слишком длинный, чтобы в нем был какой-то смысл. Леса еще будут. Там и поохотимся.
На том и порешили. Однако вскоре им стали попадаться нарядно одетые квенди. Они плели венки, несли собранные травы и ягоды. Воины сперва с недоумением провожали их взглядами, но Лехтэ вдруг сообразила:
— Так ведь сейчас праздник Сбора Урожая!
— И то верно, — откликнулся Тарион.
Через поллиги они доехали до полянки, где эльфы, разложив на земле дары Йаванны, водили хороводы, пели и угощались. Их заметили и, помахав руками, жестами пригласили присоединиться к торжеству. Острад с улыбкой покачал головой и ответил на синдарине, что они сильно спешат, потому как дело не терпит отлагательства.
Лехтэ сидела, небрежно облокотившись о луку седла, и с любопытством осматривалась. Конечно, тут было не столь торжественно, чем дома в Амане, и все же радости ощущалось отнюдь не меньше.
«Интересно, чем теперь занимается Курво? — подумала вдруг она. — Может, тоже празднует вместе с Тьелпэ у себя в Химладе?»
Один из авари подошел к ним и протянул связку тушек фазанов. Верные поблагодарили и, пристроив угощение, собрались уже продолжить путь. Кони тронулись, пока еще шагом, как вдруг ветви дальних кустарников раздвинулись, и Лехтэ увидела того, кого меньше всего ожидала бы тут встретить — Питьо.
«Хотя, — напомнила она себе, — мы ведь все еще на его землях».
Дальний родич смотрел на нее в упор, и нолдиэ могла бы поклясться, что он ее узнал. На лице его было написано неподдельное изумление, и нолдиэ поторопила коня, призывая ускорить бег.
— Лехтэ! — донесся до нее крик.
Но она предпочла сделать вид, что не слышит зова, и вместе со смешанным отрядом фалатрим и нолдор продолжила свой путь на север.
Амрод замер, не веря своим глазам — жена брата сидела на лошади и смотрела прямо на него, а после стремительно сорвалась с места. Даже окрик не остановил Лехтэ. Питьо пожалел, что его конь сейчас пасется немного в стороне, дабы не мешать празднику.
Тем временем авари вновь обступили Амбарусса, приглашая присоединиться к танцу. Лорд Амон-Эреба ссориться с соседями не желал и потому не отказал лесным эльфам, однако сам в это время потянулся мыслями к брату.
«Лехтэ в Эндорэ!»
«Уверен?»
«Да. Видел сам. С фалатрим. И кем-то из Второго Дома».
«Понял. Все в порядке. Домой не торопись».
Тэльво и сам не заметил, как назвал крепость на холме домом, возможно, впервые. Самое главное, он понял, что за отряд следовал в Химлад и почему Курво со слов Тьелпэ неожиданно сорвался на юг. И Враг тут был совершенно не при чем.
Ириссэ вышла на балкон, взглянула во внутренний дворик крепости, облокотилась о парапет, вздохнула и вернулась в комнату. Дева взяла со стола дорогую заколку, повертела ее в руках и зло швырнула в стену.
— Надоело! Больше так не могу!!! — прокричала Арельдэ, выскакивая в коридор.
