— Вот например, проход в горе. Он уже создан природой, и квенди остается только пользоваться им. А если такового нет?
— Надо в этом случае сделать искусственный? — предположила дочь морского народа.
— Верно. Вот только какой? Каким должен быть его размер, чтобы он выдержал вес породы и не обвалился?
— Хм…
— Вот именно. Надо где-то узнать.
Армидель с готовностью вскочила на ноги и отряхнула платье:
— Пойдем в библиотеку? А если там ничего не отыщется, поспрашиваем у мастеров.
— Давай! — поддержала Идриль.
Девы направились во дворец, на ходу гадая, в каком разделе может содержаться необходимая им информация.
Библиотека их встретила густой, обволакивающей тишиной. Падавшего сквозь окно скупого света едва хватало, и они, затеплив свечу, отправились на поиски хранителя знаний.
— Ты знаешь, — проговорила Армидель шепотом, не желая разрушать очарование, — мне всегда нравилось здесь. Есть тут что-то успокаивающее, дающее надежду.
Идриль с готовностью кивнула:
— Согласна.
Мастер обнаружился в самом дальнем зале. Он разбирал свитки, и девы решили, что мешать ему не стоит. Они вернулись в первую залу и принялись искать наугад, ориентируясь по табличкам на стеллажах.
— Баллады, травы, земля, реки, — бормотала себе под нос Идриль, переходя от одной полки к другой.
— Смотри, — окликнула ее подруга, — мы не это случайно ищем?
Нолдиэ с готовностью подбежала и взяла в руки внушительных размеров свиток.
— «Трактат о сопротивлении материалов, составленный мастером Кефионом», — прочитала она вслух и, подняв взгляд на Армидель, улыбнулась. — Кажется, оно!
Дочь моря и нолдиэ выбрали столик поближе к окну и, усевшись голова к голове, погрузились в чтение.
— Чтобы рассчитать устойчивость колонны, мы сначала должны разобраться с прочностью материала. Так?
— Да. Но ведь прочность гранита на сжатие и изгиб в любом случае должна быть выше, чем у мрамора.
— Ты уверена в этом?
Последовала пауза, а после нее нерешительный ответ:
— Нет.
Заинтересовавшись предметом столь оживленного обсуждения, Тьелпэринквар остановился у двери библиотеки. Вообще, он направлялся в данный момент в свои покои, чтобы принести на совет переданные ему отцом для Нолофинвэ расчеты, однако узнал голоса Армидель и Идриль и мимо пройти уже просто не смог. Толкнув дверь, он с накрываемым любопытством заглянул внутрь.
— Что происходит? — спросил он, входя.
Идриль встрепенулась, и на лице ее отразилась радость:
— Тьелпэ! Ты как раз вовремя! Мы тут решаем одну задачку…
Дочь Тургона принялась объяснять, а Куруфинвион, приблизившись к столу, развернул свиток.
— Было б странно, — в конце концов заявил он, — если б вы разобрались в таком предмете с первого раза и сами. Но ваше стремление весьма похвально.
— Ты поможешь нам? — уточнила Армидель прямо.
— Постараюсь во всяком случае, — согласился он.
Куруфинвион и сам увлекся предметом обсуждения, и, хотя ответ хорошо знал, требовалось донести его до весьма неопытных слушателей. А это было нелегко.
Он оглянулся по сторонам и, притянув поближе стоявший у стены стул, взял в руки перо и погрузился в расчеты. На листе стали быстро расти колонки формул и цифр. Молодой нолдо на ходу пояснял свои действия.
— Тьелпэ, — с едва заметной угрозой в голосе спросила Идриль, — ты для кого сейчас записал это все?
Тот распрямился и весело рассмеялся:
— Не торопитесь. Сначала мне самому надо вспомнить ход объяснения. Вот теперь смотрите…
Эллет послушно склонились, и Куруфинвион стал уже не торопясь, обстоятельно рассказывать весь ход вычислений.
— В конечном итоге, необходимая вам величина рассчитывается вот по этой формуле…
Когда он убедился, что родственницы действительно хорошо поняли объяснения, день уже перевалил далеко за середину. Нолдо встрепенулся и поспешно встал:
— Заговорился я с вами. Меня уже, наверное, и ждать перестали. Пойду, пожалуй.
— Спасибо тебе большое! — от всей души поблагодарили его нисси.
Тьелпэ широко улыбнулся:
— Не за что. И если всерьез хотите освоить эту науку, то без наставника никак не обойтись. Армидель, а ты вообще можешь своего будущего мужа расспросить. Он тоже нолдо и хороший мастер.
Махнув рукой на прощание, он бегом выскочил из библиотеки и, найдя в своих покоях необходимые документы, вернулся на совет. Все дружно обернулись на него, должно быть ожидая объяснений столь долгому отсутствию.
— Ты куда пропал? — спросил Фингон прямо.
Куруфинвион весело пожал плечами:
— Прошу прощения. Я объяснял твоей будущей жене и твоей племяннице сопротивление материалов.
Несколько секунд в зале царила глубокая, всепоглощающая тишина, разорвавшаяся от смеха расхохотавшегося в голос Нолофинвэ.
Расчеты Тьелпэ, так же как и сам трактат, Армидель и Идриль в конце концов захватили с собой. Когда они вновь вышли из дворца в сад, Анор успел уже проделать две трети своего обычного дневного пути. Небо обрело задумчивую, почти лиричную глубину.
Желая развеяться, девы вновь не спеша направились к морю. Волна с шумом набегала на песок, оставляя белые, пышные хлопья пены. У самого горизонта виднелись несколько возвращавшихся в порт рыбацких лодочек.
