Финдекано же решил воспользоваться случаем и подготовить покои к достаточно скорому появлению в них жены. Сначала он, осмотрев свои комнаты, сел за стол и набросал план. Стоило изготовить дополнительный шкаф для одежды, затем необходимо повесить большое зеркало, а рядом оборудовать полочки для разных мелочей, а также ящички для шкатулок с украшениями. Сам Фингон легко заплетал косы, не глядя на свое отражение. Так же он решил добавить пару стульев и кресло. Вспомнив, что Армидель любит вышивать, ему захотелось обустроить ей удобное для такого занятия место.
Финдекано ненадолго прикрыл глаза, представляя, как будет возвращаться с дальних дозоров, а любимая встретит его, обнимет, поцелует… Кровь быстрее начинала бежать по жилам, а пульс всегда отдавался в висках, стоило ему подумать о невесте, ее нежных и желанных губах, ее ласковых пальцах, что зарывались ему в волосы, о…
— Финьо, вот ты где! — голос сестры вернул его в кресло перед рабочим столом, выдернув из мысленных объятий любимой.
— Ириссэ, уже вернулись? — удивился Фингон. — Я ждал тебя лишь к вечеру.
— Решили пожалеть поваров, — усмехнулась дева. — Добычи было много.
— Это хорошо, — улыбнулся Финдекано.
— Чем занимаешься? — поинтересовалась Аредэль и тут же заглянула в свиток, лежавший на столе.
«Картины с видами моря… корабли на закате, отрезы серебристого шелка…» — прочла дева.
— Готовишься к приезду будущей супруги?
Фингон кивнул:
— Хочу поменять обстановку, чтобы Армидэль сразу ощутила себя здесь дома, — пояснил он.
Ириссэ оглядела комнату. Затем через гостиную прошла прошла в спальню брата, заглянув в купальню.
— Кровать ты уже заказал мастерам? — поинтересовалась она, вспомнив, что не видела ее в свитке.
Финдекано несколько недоуменно посмотрел на сестру, а затем на свое ложе.
— Вроде должны поместиться, — задумчиво проговорил он.
— Финьо! Я хоть и не замужем, но догадываюсь, что вы не только спать там будете, — сообщила Аредэль. — И знаешь, твоей жене должно быть удобно. Тебе, впрочем, тоже.
Фингон молчал, поражаясь тому, как легко его сестра рассуждает о некоторых моментах супружеской жизни.
— … и спинка кровати должна быть высокой и резной, — уверенно продолжала Аредэль. — Держаться руками или, наоборот, закинуть на нее ноги…
— Ириссэ! — голос Фингона оглушительно и неожиданно прозвучал в спальне. — Немедленно смени тему! И я даже не хочу думать, откуда ты узнала…
— От замужних нолдиэр, — тут же ответила она. — А тебе стоило б быть подогадливее, чтобы Армидэль…
— Мы сами разберемся! — отрезал Финдекано.
Аредэль недоверчиво фыркнула.
— И тебе все же следовало б сменить темы бесед с подругами, — назидательно проговорил Фингон.
— Это уже нам решать, мой дорогой брат, — с улыбкой, но строго ответила дева.
Нолдо кивнул и примиряюще попросил:
— Лучше подскажи, как удобнее расположить ящички рядом с зеркалом.
Аредэль что-то говорила, однако Финдекано по-прежднему представлял любимую на их будущем широком ложе.
— Что? — переспросил он, ощутив весьма чувствительный тычок в бок.
— Ты меня совсем не слушаешь! — возмутилась было Ириссэ, но, посмотрев на брата, улыбнулась и продолжила: — Ладно, я сама закажу мастерам. Тебе, думаю, есть чем заняться.
И, легко засмеявшись, она оставила Финдекано одного.
====== Глава 44 ======
Сад дома Ильмона, где Арафинвэ бывал до сих пор лишь однажды, встретил младшего Финвиона тишиной. Но не гнетущей и тягостной, что царила в Тирионе в первые годы после Исхода, нет. То была тишина уютная и умиротворяющая. Она манила присесть на траву под деревом и, наблюдая, как падает лепесток с цветка, предаться ленивым, немного сонным размышлениям. И лишь заметным усилием воли он смог побороть этот соблазн.
Все чаще Арафинвэ ловил себя на мысли, что хотел бы жить в таком же небольшом, но уютном домике, быть может, даже вдалеке от города. И если бы не свалившиеся на него так внезапно обязательства перед нолдор, которые не пошли за старшими братьями, он бы, пожалуй, и осуществил намерение.
«Конечно, неизвестно, что сказала бы на это Эарвен, — подумал младший Финвион, — но на мое намерение ее ответ бы не повлиял».
Он чуть заметно нахмурился, подумав, что еще до Непокоя непременно попытался бы убедить жену, если б она не была согласна. Однако теперь… в случае отказа не стал бы уговаривать, уехав один. Возможно, что ненадолго, ведь супругу свою государь все же любил, хотя обида на жену, что та не пожелала последовать за ним, когда он еще собирался вместе со старшими братьями покинуть Аман, порой больно колола сердце. Пока же мысли эти оставались бесплодными, пустыми мечтаниями — Арафинвэ некому было поручить заботы о нолдор. И еще брат…
С тех пор, как телери, сопровождавшие Тельмиэль в Эндорэ, вернулись домой, он все чаще думал о разговоре с Ноло. Конечно, решился государь сюда прийти далеко не сразу. Долго сомневался, нужно ли вообще это делать. Однако последняя беседа с дочерью перевернула что-то внутри. Арафинвэ понял, что больше не может оставаться в полной неизвестности, и сегодня утром наконец пришел в дом, где хранился видящий камень.
