— Сразу после смены?
— Пожалуй.
Лютиэн, дослушав разговор, неспешно вышла из-за угла и, кивком поприветствовав стражей, приказала следовать за собой одному из них. По странному стечению обстоятельств, именно тому, кто убеждал товарища в присутствии тьмы в Дориате.
— Что случилось, принцесса? Кому требуется моя помощь? — спросил, следуя за Лютиэн.
— Ты нужен моей матери и твоей королеве. Поспеши же, мудрая Мелиан ждет, — ответила она.
— Конечно, прекраснейшая, — с легким поклоном ответил синда и поспешил в тронный зал.
Оглянувшись на очередном повороте, он увидел принцессу, неотрывно глядевшую ему вслед и что-то шептавшую. Слов разобрать он не мог, да и уже не хотел. Неведомая сила уговаривала его поторопиться. Однако ноги не желали слушаться, противясь изо всех сил чарам.
Стражи у дверей тронного зала не ответили, почему королева звала его. Они вообще не проронили ни слова, молча глядя прямо перед собой.
Синда приоткрыл створку как раз в тот момент, когда Мелиан скрывалась за одной из потайных дверей, о наличии которых он хорошо знал. Тингола же на троне не было.
«Странно это все, — подумал синда. — Проверю-ка я тот коридор, куда направилась королева».
Стражи никак не отреагировали на необычное поведение эльфа, продолжая истуканами стоять у входа в пустой тронный зал.
Он более не чувствовал чар принцессы, что так настойчиво вели его к Мелиан. Видимо, магия рассеялась, как только приоткрылась дверь. Тихо и очень осторожно синда шел по коридору, скрытому от посторонних глаз густыми растениями. Ни голосов, ни других шагов он не слышал, а потому уже решил было, что ошибся, как вдруг, казалось из самой стены, до него долетел слабый шепот:
— Беги отсюда. Предупреди остальных!
В следующий миг вспыхнул яркий свет.
— Дорогой, у тебя гости? А я и не знала, — приторно-сладко проговорила Мелиан, обращаясь к Элу.
Король находился в небольшом помещении, напрочь лишенном каких-либо удобств. Тингол сидел на простой деревянной койке — единственном предмете мебели в маленькой тесной комнате, скорее напоминавшей нишу в стене коридора. Только теперь от прохода ее отделяла плотная занавесь лиан, которые, как показалось стражу, были весьма недружелюбно настроены и не пропустили бы никого без приказа своей госпожи.
— Я принесла тебе целебный отвар, любимый. Выпей и станет легче!
— Что с королем? — обеспокоенно спросил синда.
— Мой муж храбр, но порой опрометчив. Он решил, что зло смогло миновать Завесу и теперь желает погубить Дориат.
— Так и есть! — воскликнул Эльвэ.
— Пей скорее, мой ненаглядный, — властно произнесла Мелиан.
— И?
— Ах да, я отвлеклась, — королева поправила прическу. — Скорее всего, он вышел за предела нашего королевства и подвергся магическому нападению. Теперь ему зло кажется повсюду. Но я, разумеется, делаю все, что в моих силах.
— А если он прав, моя королева?
— Ты не веришь мне?
— Что вы, как можно. Прошу простить мои дерзкие слова, — синда склонил голову, пытаясь понять, как бы ему самому побыстрее покинуть это жуткое место.
— Да, ты можешь идти. Но помни — не стоит распространяться о недуге короля.
— Да, моя королева.
Синда поспешил назад, желая оказаться как можно дальше от майэ и ее отваров:
«На границу. К Маблунгу. Там решим».
— Убей его! — осанвэ Мелиан, подкрепленное сильнейшими чарами, достигло своего адресата.
— Но…
— Убей!
— Я… не… могу…
— УБЕЙ!
— Да. Nana.
— Простите, принцесса, — извинился синда, пройдя непозволительно близко от Лютиэн. Однако та его не слышала. Быстро вытащив из волос шпильку-стилет, она вонзила его в грудь ничего не подозревавшего эльфа. Лишь в последний момент рука дочери Элу дрогнула, и удар пришелся не в сердце.
Синда рухнул на холодный камень, а Лютиэн, убедившись, что колдовской металл растворился от напитавшей его крови, развернулась и ушла, обнаружив себя через полчаса у фонтана с испачканными кровью руками. О произошедшем она ничего не помнила, как не знала и о том, что раненный ею эльф смог проползти совсем чуть-чуть, но этого хватило, чтобы его обнаружил спешивший к своему отцу Трандуил.
Взошедший на небо Итиль посеребрил темные воды Сириона, и Артаресто, подняв взгляд, понял, что, в самом деле, уже очень поздно.
«Глоссерин и Финдуилас уже, наверное, давно спят», — подумал он и ощутил, как в глубине фэа уже привычно просыпается нежность.
Работы по укреплению берега и очистке русла реки продолжались уже несколько дней. Дозорные докладывали, что вокруг спокойно, и все же Ородрет торопился, не желая рисковать. Сам он, подобно верным, проводил у Сириона все свободное время и, следуя указаниям мастеров, по мере сил помогал.
— В самом деле, лорд, шли бы вы отдыхать, — предложил вдруг Нисимон немного ворчливым голосом. — Мы сами закончим, осталось немного.
Артаресто уже собирался возразить, однако посмотрел на друга внимательней и в последний момент передумал. С самого начала тот был против его участия, утверждая, что нолдор великолепно справятся сами, и теперь, похоже, решительно готовился отправить Арафинвиона отдыхать.
— Пожалуй, я соглашусь с тобой, — ответил наконец он и улыбнулся.
