Тилирин легко вскочила на перекинутое через ручей бревно, и Трандуил подал ей руку, чтобы помочь.
— Благодарю, — улыбнулась в ответ она.
— Ты действительно прежде никогда не бывала в этой части Дориата? — полюбопытствовал король.
— Нет. Мы не стремились, учитывая сложные отношения отца с Мелиан.
— Понимаю.
Вода радостно прыгала по камням, оглашая окрестности веселым звоном. В каплях, оседавших на сапогах Трандуила и платье девы, искрились блики Анора. Над головами ласково шуршала листва. Тилирин спрыгнула на мягкую траву и, потянувшись к еще зеленой грозди рябины, ласково провела по ней пальцами.
— Самое волшебное время года — конец лета и начало осени, — с задумчивой улыбкой проговорила она. — Больше всего люблю именно эту пору.
— Почему? — полюбопытствовал Трандуил.
Тилирин с нежностью провела рукой по шершавой коре дерева:
— Хотя весна и лето приносят много радости, но только вторая половина года дает плоды. Тогда кладовые наполняются фруктами, злаками, ягодами. Всем тем, что будет радовать взор и сердце до самой весны.
Она обернулась через плечо на спутника и бросила немного лукавый взгляд из-под ресниц. Король рассмеялся:
— И желудок.
— И его тоже, безусловно.
На ветку дерева опустилась сойка, и Тилирин заметила:
— Почти как на родительской чаше, только там рябина уже созревшая.
— О чем ты? — спросил ничего не понявший Трандуил.
— О чаше, что сделали в свое время родители. Ты ничего не слышал об этом испытании?
— По-видимому, нет, — признался Ороферион и, взяв подругу за руку, пошел вместе с ней бок о бок по изумрудной тропинке вглубь леса.
— Тогда слушай, — с готовностью принялась рассказывать дева. — В ту пору, когда народ перворожденных был еще очень юн, и первое поколение рожденных квенди едва успело войти в лета, перед ними встал вопрос — каким образом искать себе пару.
Трандуил удивленно приподнял брови:
— Вот как?
— Именно, — с готовностью подтвердила Тилирин. — Ведь опыта еще ни у кого не было — их родители сразу просыпались рядом со своей половинкой. У первых рожденных такого преимущества уже не оказалось. Но они нашли выход из положения.
— Какой же?
— Они решили, что если удастся сделать какую-нибудь вещь от начала и до конца вдвоем, не прерывая работы и не прекращая при этом петь, то чувства истинные.
Несколько долгих мгновений Трнадуил смотрел на спутницу недоверчиво, так что, в конце концов, она заразительно рассмеялась:
— Если хочешь, спроси у Голлориона, он подтвердит. Мои родители, когда познакомились и полюбили друг друга, тоже решили пройти через подобное испытание.
— Они что, сомневались в собственных чувствах? — удивился король.
— Вовсе нет, — беззаботно пожала плечами эллет. — Просто обоим понравилась та давняя история. Они сделали вдвоем чашу, и теперь она стоит в доме на самом почетном месте. Правда, один раз мы с братом ее чуть не разбили, когда играли. Хорошо, что он ее успел поймать.
— Да, а кем твой отец приходится Владыке Кирдану? — решил задать Ороферион давно интересовавший его вопрос.
— Внук. Сын его старшей дочери Имладель.
Анор стоял в зените, и Трандуил, запрокинув голову, с удовольствием подставил лицо его согревающим лучам. Дева, что шла теперь с ним рядом, тихо и незаметно вошла в его жизнь, осветив самые отдаленные и потаенные ее уголки, а так же саму фэа. Король улыбнулся, отметив про себя, сколь много радости сердцу доставляет само присутствие рядом дочери Серегона, и бережно сжал ее тонкие пальцы, ощутив ответное не менее крепкое пожатие.
Тем же вечером, когда ладья Ариэн уже успела коснуться верхушек деревьев, и небо расцветилось в яркие золотисто-розовые тона, Трандуил спросил у Голлориона:
— Скажите, а вы тоже перед тем, как жениться, проходили через то испытание?
— Какое? — уточнил советник, сворачивая в трубочку свиток, в который они с королем только что внесли поправки.
— То самое, где надо сделать какую-нибудь вещь вдвоем.
— А-а-а, — улыбнулся понимающе Голлорион. — Нет, мне не довелось. К тому моменту, когда я пришел в этот мир, квенди уже научились безошибочно распознавать свои чувства. То испытание обычаем так и не стало. А это вам леди Тилирин рассказала?
— Да, — признался Трандуил. — Меня очень заинтересовала эта история.
— Согласен, в ней есть даже некоторая элегантность, — советник улыбнулся и посмотрел в окно. Вид у него был такой, словно он видит сейчас не листву и темнеющее небо, а бескрайнюю гладь озера Куивиэнен. — Мужу и деве необходимо было сделать что-нибудь совместно. Пока один творил, второй помогал. Потом менялись ролями. И так до самого конца, даже если это занимало несколько дней.
— Однако, — протянул впечатленный Трандуил и поинтересовался: — Но почему именно такое испытание? Конечно, звучит очень романтично, но…
