Отряд тварей, только что покинувших Ангамандо, развернулся в сторону третьего, самого младшего лорда Химлада, и Саурон довольно захохотал. Однако пронзительный крик парившего в небесах беркута заглушил эти звуки. Огромная птица пролетела над рядами воинов, вглядываясь в их лица, и, заметив бьющегося с волколаком Куруфинвиона, вновь пронзительно закричала.
Ведомый Драуглуином, предком всех волколаков, отряд тварей ударил в ряды нолдор, словно огромный таран.
— Вперед! — пролетел над Ард Гален голос Тьелпэринквара. — За Свет!
Воины подхватили призыв командира, и нолдорская сталь, и без того уже изрядно потемневшая от черной крови, вновь принялась разить, разрывая тела ирчей, снимая головы с плеч.
Варги и волколаки рычали, силясь добраться до плоти эльдар, и с их клыков капала слюна. Ирчи пронзительно визжали, пытаясь найти бреши в доспехах своего противника, однако эльфы уверенно продолжали теснить, постепенно приближаясь к вратам.
— Они пытаются прорваться на юг! — догадался Тьелпэ. — Нельзя этого допустить. Иначе, покончив с синдар Дориата, они могут ударить нам в спину. Всем держать строй! Бейте их! Наша цель впереди — там, за Железными воротами!
Голос Тьелпэринквара пролетел над рядами сражавшихся, вселяя силы в кровь и фэар воинов нолдор. Твари, яростно рыча, удвоили натиск. Драуглуин, прищурившись, безошибочно нашел предводителя и, скинув со спины мешавшего ему седока, кинулся на сына Куруфина. Орк завизжал от боли, угодив на клыки следовавших за предводителем варгов, а их прародитель обрушился всей массой на Тьелпэринквара, стремясь подмять его. Эльф попытался скинуть тварь и, наугад полоснув мечом, понял, что угодил в лапу. Драуглуин, казалось, не заметил раны. Вновь кинулся он на ускользнувшего было эльфа, и стало ясно, что он не намерен отпускать его живым. Однако Куруфинвион и не собирался бежать.
В небе, плотно затянутом низкими серыми облаками, стелились дымы первых пожарищ. Саурон хохотал, наблюдая кровавую бойню, и темная фэа его ликовала, наслаждаясь зрелищем.
Нолдор, ведомые Куруфинвионом, один за другим уверенно поражали варгов и следовавших за ними ирчей, однако не было тех, кто мог бы теперь прийти им на выручку — каждый из отрядов союзников увяз в собственном сражении. И все же Тьелпэ видел, что надолго сил его воинов не хватит, и тогда он, опустив собственный меч и склонив голову, запел.
— Лорд, нет! — раздался крик ближайшего воина.
В воздухе мелькнула сталь, и лишь чудом зубы Драуглуина не сомкнулись на шее младшего лорда Химлада.
На этот раз победный хохот Саурона услышали все. Куруфин скрипнул зубами, поняв, что не успевает на помощь сыну, но тут огромный беркут спикировал с небес и вцепился в холку обнаглевшей твари.
Песнь Света летела к небесам, все выше и выше, и твари Моринготто дрожали от ярости, почти физически ощущая, как силы покидают их. И тем яростнее они кидались на ряды по-прежнему наступавших нолдор.
Тьелпэринквар наконец вновь поднял меч и ударил в морду Драуглуина, рассеча пасть надвое. Волколак взвыл от боли, а беркут еще яростнее вцепился в его загривок и начал рвать когтями.
Визги, крики и скрежет стали слились в одну чудовищную какофонию, которую внезапно заглушил яростный рев не иначе как чудом взявшейся в гуще сражения огромной медведицы. Она вынырнула из-за спин воинов и бросилась на того, с кем бился Тьелпэринквар.
Эльф улыбнулся благодарно зверю и птице, и Песнь его зазвучала победно и звонко, причиняя тварям невыносимые страдания.
— Благодарю вас, друзья! — крикнул он наконец, одним мощным ударом снося голову Драуглуину.
Огромная тварь, предок всех волколаков и варгов, пал, заливаясь собственной кровью, и радостный, победный крик нолдор заставил дрогнуть прислужников тьмы.
Уцелевшие орки развернулись и побежали к Черным вратам, чтобы там пасть от ярости Саурона, и лишь трое еще уцелевших волколаков, с разбегу перескочивших через ряды нолдор, огромными прыжками устремились в сторону пустошей Нан Дунготреб, намереваясь во что бы то ни стало выполнить приказ своего повелителя.
А Песнь эхом все летела и летела над Ард Гален, вселяя в сердца надежду.
— Сссмеееерть убийцам Глаурунга! — пронзительный крик двух молодых драконов подобно ветру разнесся над Ард Гален. — Мееееесссть!
Эльфы поморщились, услышав темное наречие, причинявшее им почти физическую боль, и с тревогой посмотрели вслед летучим тварям, устремившимся на юго-восток, в сторону Врат, которые теперь, спустя тридцать шесть лет после гибели Макалаурэ, большинство эрухини невольно называли землями леди Алкариэль. Дор Хирил на языке синдар.
Травы клонились, словно хотели спрятаться от темного пламени. Небо застилали плотные, низкие серые тучи, лениво плывшие на юг. Холодный северный ветер встречался с теплым южным и вступал с ним в схватку, и тогда животные прятались, опасливо поглядывая при этом в небо.
Драконы летели, поглощая лиги, и вскоре на горизонте показалась длинная тонкая линия. Стена Артахери.
— Лорд Вайвион, посмотрите на север. Что там? — голос одного из дозорных заставил того вздрогнуть.
