— Бейте тварей в глаза и брюхо! — раздался в сгустившейся пыльной мгле громкий крик Трандуила.
Сотни стрел, несущих живительный свет Анора, одновременно вспыхнули в вышине ослепительными голубыми огнями и, прочертив в воздухе крутые дуги, вонзились в тварей, вплотную подошедших к границе Дориата.
Пауки закричали, и их пронзительный вопль резанул по ушам и вывернул фэар наизнанку. Варги зарычали и кинулись на заросли, надеясь достать наглых эльфов. Впрочем, синдар не торопились выходить из укрытий и стреляли со сторожевых башен, коими служили им самые высокие и раскидистые вязы и буки. Те же твари, которые осмелились сунуться в кусты, натыкались на копья и с мерзким хрустом подыхали.
Конь короля в испуге попятился, и Ороферион, погладив своего друга по бархатистому носу, сказал:
— Беги отдыхать. Если что, я позову тебя.
Тот благодарно кивнул и скрылся в подлеске. Трандуил проводил его взглядом и резко, пронзительно свистнул.
— Бдительности не терять! — приказал он воинам. — Залп!
Новая сотня стрел взвилась в воздух, и отвратительные порождения Унголиант, испытывая от света невыносимые мучения, стали бросаться на живую границу королевства. Ветки затрещали, сминаясь под тяжестью огромных тел, однако выдерживали. Волколаки ярились, в глазах их полыхала тьма и неукротимая ненависть ко всему живому.
— Долго так продолжаться не может, — решил король и обернулся к Маблунгу. — Скоро они сомнут преграду. Все за копья!
Пауки бездумно перли на синдар, желая любой ценой попасть в Дориат. Узкие проходы были уже завалены отвратительно смердевшими тушами, когда к Трандуилу прискакал один из дозорных.
— Мой король, они атакуют восточнее. Там, где преграда наиболее юна, а потому тонка.
Ороферион сжал кулаки и, взобравшись на дерево, взглянул на прекративших наседать тварей.
— Вперед! — скомандовал он. — Не дадим уйти этим и придем на помощь нашим братьям!
— Мы все отправляемся в бой? — уточнил Маблунг.
— Именно так.
— А кто поведет отряды?
— Я.
Маблунг вздрогнул:
— Но, государь…
Трандуил отмахнулся:
— Не спорьте. Вы нужны здесь — мы не можем оставить границу совершенно беззащитной.
Не слушая дальнейших возражений, король спрыгнул со сторожевого дерева и, погладив его шершавую кору, прошептал:
— Благодарю тебя.
Еще раз тщательно проверив доспех, он подошел к тропинке, ведущей вглубь леса, и свистнул. Спустя несколько мгновений послышалось ржание, и к пограничной заставе выбежала лошадь. Не тот молодой жеребец, которого король недавно отпустил, но его мать, не раз уже ходившая в бой против тварей тьмы кобыла. Трандуил подошел к животному и, погладив по шее, протянул кусочек яблочка:
— Ну как, отправишься со мной еще раз? Враг обнаглел до чрезвычайности, но вдвоем мы с тобой его одолеем.
Кобыла съела предложенное угощение и, подумав, грозно заржала.
— Благодарю тебя! — откликнулся Трандуил.
Он быстро подготовил лошадь и вскочил в седло. Кобыла важным шагом вышла вперед и внимательно оглядела ряды собравшихся воинов, словно желала убедиться, достойны ли те такого высокого доверия и не подведут ли. Осмотр ее, должно быть, удовлетворил, потому что лошадь важно кивнула и первая направилась в сторону ближайшей тропинки, пролегающей сквозь границу.
Меж тем на границе Нан Дунготреб и лесного королевства ярились твари, пытаясь достать столь ненавистных им квенди. Они бросались своими огромными тушами на разросшийся кустарник, ломали ветки, и несколько сквозных ходов уже было уничтожено ими.
«Дольше медлить нельзя», — понял король.
Подняв руку, он дал сигнал Маблунгу, и когда очередной залп сияющих стрел вонзился в оскверненное черной пылью небо, ища живую бегущую прочь цель, первым выхватил меч и бросился в бой.
Твари метались, визжали, и щелкали жвалами, стараясь замедлить продвижение синдар на восток. Трандуил понимал, что добить всех сейчас они не успевают, и продолжал мечом прокладывать себе путь туда, где оборону держали всего несколько десятков воинов. Сияние, шедшее от начищенных доспехов и королевского венца, окутывало фигуру Орофериона прозрачным легчайшим маревом, и в то же время превращало его в хорошую мишень. Однако ему везло, чего нельзя было сказать о стражах, охранявших рубежи ближе к реке Келон. Воины с трудом сдерживали тварей, не давая им пересечь границу, однако стрел, мечей и копий не хватало. Раненные, измотанные боем, ослабленные паучим ядом, они держались из последних сил и, увидев своего короля, его свет и отряды, следовавшие за ним, вздохнули облегченно, но оружие из рук не выпустили. Дориат устоит — в этом не сомневался теперь никто.
Трандуил успешно отразил атаку ближайшего паука и, пронзив мечом его брюхо, кинулся к самому крупному волколаку. Воины следовали за королем, стремясь защитить его, и мечи их раз за разом поражали цели, постепенно темнея от черной крови. Лучники прикрывали их, и скрежет стали, свист стрел, крики тварей — все сливалось в один непрекращающийся вой, и эта жуткая какофония летела над просторами Нан Дунготреб, отражаясь от далеких скал и от живой границы, тонкой нитью протянувшейся вокруг лесов Дориата.
