— Только если ты решишь, что та клятва важнее, — строго произнес Создатель.
— То есть?
— Ты несколько раз взывал ко мне. И был услышан. Теперь решай…
— Да, я желаю быть с любимой до конца Арды и даже после!
— Хорошо. Да будет так! — произнес Единый.
«Он же не имел в виду, что она теперь окажется здесь?! Нет, я же сказал однозначно. Лехтэ, прости, Лехтэ…»
Искуснику вдруг показалось, что мириады обитаемых миров стремительно закружились вокруг него. Раздалось пение столь удивительное и воистину прекрасное, какого он никогда не слышал там, в Арде. Золотой свет вспыхнул, на мгновение ослепив…
— Ты… ты вернулся! О, Курво! Ты здесь! — раздался рядом голос жены, и такие знакомые ладони бережно сжали его лицо.
Куруфин пытался осознать, где же он, что с его роа, когда душа услышала такой важный ответ:
— Мне известны все ваши помыслы, дети. И я никогда не обреку вас на страдания. Ни в одном из миров. Помни об этом.
Лехтэ рывком распахнула глаза и поняла, что вновь находится в платке.
«Я принял решение, — наконец, казалось вечность спустя, ответил Эру. — Твой вопрос был справедлив. Первая клятва, данная Куруфинвэ Атаринкэ моим именем, тоже должна быть исполнена. Только потом, когда окончательно выйдет ее срок, я спрошу его о второй. А пока… До конца Арды и после нее, как было сказано им самим, он будет с тобой. Пока существует Эа. Я возвращаю его фэа из Безвременья обратно в тело. Полученные в боях раны будут залечены. И если вдруг до окончания назначенного им самим срока он снова когда-либо погибнет, то его будет ждать общая со всем народом эльдар участь. Да будет так».
— Благодарю, Единый! — уже вслух воскликнула Лехтэ.
От тела мужа ее исходило пронзительное, густое золотое сияние. Оно приподнялось, принялось тихонько покачиваться, и страшные раны, полученные им в последнем бою, начали зарастать на глазах. Нолдиэ вскочила, все еще не до конца веря своим глазам, и вдруг все разом закончилось. Сияние исчезло, тело Курво опустилось на лапник, на котором и лежало до этого, и ее муж, чуть слышно вздохнув, пошевелился и открыл глаза.
— Ты… ты вернулся! О, Курво! Ты здесь! — крикнула Лехтэ и кинулась к нему.
Вбежали стражи, давно уже прислушивавшиеся снаружи к происходившему, и с неподдельным удивлением и восторгом посмотрели на ожившего лорда.
— Даже умереть, и то нормально не вышло, — притворно проворчал Курво и, проведя ладонью по лицу, посмотрел на жену. — Мелиссэ. Я пришел. К тебе.
Лехтэ упала на колени, и Атаринкэ обнял ее голову, прижав к своей груди.
— Лорд, это вы! — обрадовались наконец верные, теперь окончательно поверившие, что произошло небывалое.
— Я, — подтвердил Фэанарион.
Было видно, что сотни вопросов теснятся в этот миг у него в голове, но не было сил пока их задать. Он сидел на полу палатки, то улыбался, то хмурился, и только несколько минут спустя, поглядев в лицо жене, поцеловал ее.
Фэа его теперь снова обретала целостность.
====== Глава 123 ======
— А ты не спешил, — пробормотал Туор сквозь зубы, поднимая меч. — Впрочем, все ваше племя трусливое. Только с беспомощными и умеете воевать.
Он презрительно сплюнул, и Саурон, стоявший напротив, злобно ощерился:
— Ты ответишь за эти слова, смертный выродок!
— Попробуй заставить!
Сталь ударила о сталь, высекая искры, и Глорфиндель, помогая другу, зашел сзади. Майя бился, успевая отражать удары с двух сторон, однако возможности колдовать у него уже не оставалось.
В узком пространстве коридора верные не могли прийти на помощь лордам. Они лишь удерживали тварей на расстоянии и старались не допустить, чтобы тот, кто был теперь после гибели Моринготто их главной целью, не скрылся, как делал это не раз.
Неровное пламя факелов потрескивало и чадило, словно гневалось на кого-то. По углам плясали кривые тени. Туор наступал, тесня своего противника туда, где у него не осталось бы пространства для маневра, и Глорфиндель уже успел дважды ранить падшего майя.
«Все-таки мечник из него никудышный, — подумал приемный сын Финдекано. — Он маг, а не воин».
И этим следовало воспользоваться. Впрочем, даже сейчас Саурон представлял нешуточную опасность. Нолдор видели, что он все же пытается колдовать, пользуясь любой заминкой в бою, а потому торопились. Майрон петлял по коридорам, которые знал, пожалуй, слишком подробно, и в глазах его плясали нехорошие огоньки, а на губах играла кривая усмешка.
В лицо Туору и Глорфинделю ударили лучи Анара, и лорд Виньямара на миг зажмурился. Саурон, воспользовавшись этим, ударил, однако меч его звякнул о металл — Глорфиндель преградил падшему майя путь. Враг зарычал в бессильной злобе, и тут подошедший со спины Эарендил полоснул клинком прислужника тьмы под коленями. Тот заревел, и этот крик раскатился по окрестностям Ангамандо подобно горному обвалу. Майрон махнул рукой, его меч вошел Глорфинделю в грудь, и нолдо, покачнувшись, полетел со стены. Верные ахнули, и сразу двое кинулись вниз в надежде достать бывшего лорда дома Золотого цветка и, пока не стал слишком поздно, доставить целителям. О худшем думать они не хотели.
