Двое, что жили в нем, искренне любили друг друга, заботились, оберегали. Так же бережно было и их отношение к нему, давно возведенному срубу. Однако в смертных землях всему рано или поздно приходит конец.
— Лютиэн, — тихо позвал старик, подслеповатыми глазами ища жену.
— Я здесь, — отозвалась та, что некогда была принцессой Дориата.
Ее седые волосы еще хранили память о тех временах, когда они темным покрывалом укутывали влюбленных. Тонкие морщинистые пальцы с нежностью взяли Берена за руку.
— Пора? — вздохнув, спросила она.
— Я ухожу. Чувствую это. Рассвета уже не увижу, — ответил он. — Ты же, наверное, еще можешь передумать и отказаться…
— Нет. Эру не позволит, — начала Лютиэн, — а даже если и так… ради кого мне оставаться? Детей у нас нет, возвращаться в Дориат я не хочу… нет, любимый, вместе и до конца, как решили тогда на поляне, у врат Нарготронда.
— Тогда выйдем последний раз посмотреть на звезды, — произнес Берен и с трудом встал со стула.
— Конечно, любимый, — вновь согласилась она.
Мох был мягким и почти не влажным. Небо уже потемнело, и огни, зажженные много столетий назад Вардой, холодно сияли свысока.
— Я люблю тебя, — тихо проговорила Лютиэн.
Берен повернул голову, и ему показалось, что рядом с ним лежит все та же юная и прекрасная дочь Тингола, какой она предстала перед ним когда-то. Бывшая принцесса немного печально улыбнулась, глядя на ставшего в звездном свете вновь молодым мужа и нежно провела рукой по его щеке.
— Люблю, — тихо прозвучало в ответ.
Они переплели пальцы и, глядя в небо, ступили на пути людей.
====== Глава 126 ======
Комментарий к Глава 126 Соавтор искренне благодарит вдохновителя, чья ночная беседа о цвете волос жен Финвэ и свете Древ помогла увидеть то, что произошло после возвращения одного из сильмариллов в Валинор.
— Ты уверен, что процесс этот необратим? — уточнил Куруфин и, нахмурившись, сел на подоконник и посмотрел вдаль.
На темном, бархатисто-ласковом небе высыпали звезды. Ветер шелестел, играя в кронах деревьях, и казалось почти невозможным представить, что мир, давший однажды жизнь Перворожденным, готов отказаться от них.
— Да, отец, — подтвердил Тьелпэ.
Он поднял забытый Индилимирэ мячик и несколько раз ударил им об пол гостиной, где проходил их импровизированный совет на двоих.
— И сколько у нас лет? — вновь задал вопрос Искусник.
— Пятьдесят, — уверенно ответил сын.
— Не много, но и не мало. Значит, Ненуэль была тогда права.
— Да. Нисси вообще лучше чувствуют такие дела, ты ведь знаешь.
— Разумеется. И что случится, когда минует этот срок?
Он с любопытством посмотрел на Тьелпэ, и тот по знакомому блеску в глазах догадался, что атто уже начал что-то прикидывать в уме.
— Арда начнет ощутимо влиять на фэар квенди, — покачал головой сын. — Станет переделывать их под себя, изменять.
— Не самая радостная перспектива, — признался Искусник.
— И это только начало. В конце концов эльфы истают и превратятся в бесплотные призраки.
— Это началось только что? — уточнил Курво.
— Вовсе нет. Думаю, с восходом светил. Теперь же процесс стал заметен из-за того, что Враг больше не искажает и не влияет на судьбы Арды.
— Значит, в самом деле надо уходить, — Куруфин вновь нахмурился и покусал губу. — Но куда?
— На этот вопрос я попробую ответить, — кивнул Тьелпэ. — Не сейчас — чуть позже. Попытаюсь увидеть и почувствовать мир, готовый принять народ Перворожденных, вычислить его местонахождение. Но у меня к тебе будет просьба, атто.
— Какая? — заинтересовался тот.
— Ты многое видел, пребывая за Гранью. Ты видел воочию те миры, ощущал их энергии.
— Было такое. Хотя, признаюсь, мысли мои были заняты несколько иным.
— Понимаю. Но больше мне не к кому обратиться. Пожалуйста, попробуй создать устройство, которое поможет эльфам, когда придет назначенный час, достичь того мира.
Атаринкэ не выдержал и рассмеялся:
— Приятно знать, что ты обо мне такого высокого мнения, сын. Меньше чем за полвека рассчитать и создать то, чему пока даже примерных контуров и принципа действия нет. Но я попробую, безусловно. Сделаю все, что от меня зависит.
— Благодарю, атто.
Сын подошел и крепко обнял Искусника. Тот уточнил:
— Эльдар ты пока, я так понимаю, не скажешь?
— Нет, — Тьелпэ уверенно покачал головой. — Зачем тревожить прежде времени? Сначала вычислим мир и хотя бы примерно попробуем понять, каким способом его достичь, а уже тогда и сообщим.
— Хорошо. Одобряю. Когда вернемся в Химлад, сразу и начну. А то я бы еще хотел, например, привести тебе сестру в этот мир. Но не в такой, разумеется, который готов отторгнуть ее народ.
Тьелпэринквар рассмеялся:
— А аммэ знает об этом?
— Нет, — Курво покачал готовой. — Я пока не говорил.
Они еще побеседовали какое-то время, обсуждая, каким именно может быть устройство для перехода, а после разошлись по своим покоям готовиться к предстоящему возвращению домой.
— Мне надоело быть здесь, мельдо, надоело! — в очередной раз начала причитать Индис. — Я хочу жить, но валар не позволяют мне возрождаться! Все из-за нее…
