С замиранием сердца я наблюдал за приближением Алмаза. Сжал руль и судорожно вздохнул, стараясь держать себя в руках. Меня по-настоящему пугало, какой окажется наша встреча, куда заведет разговор обо всем произошедшем за последнюю неделю и найду ли я в себе силы отпустить его, если он попросит свободы. От одной мысли о скорой разлуке внутри все болезненно сжималось.
Алмаз осторожно захлопнул дверцу, повернулся ко мне вполоборота, впившись ногтями в кожаную обивку кресла. Я предположил, что он испытывал то же беспокойство, не представляя, какое решение я приму в конечном счете. Если мы прямо сейчас все не выясним, то непременно сделаем неправильные выводы.
– Алмаз…
– Федя, прошу тебя, останься со мной, – прервал меня Алмаз дрожащим голосом. Я озадаченно заморгал, не сразу осознав, о чем он вообще толкует. – Я не смогу один.
– Да я не…
– Пожалуйста, – в отчаянии прошептал он, сжимая мое запястье. Я замер, ошеломленный происходящим. По-видимому, заминка позволила Алмазу неверно истолковать мою реакцию. – Я вижу, что ты разрываешься между мной и друзьями. И боишься будущего. Я тоже боюсь.
– Котенок, ты чего? Что за глупости? Я не собирался бросать тебя.
Я притянул Алмаза ближе, насколько позволяло расстояние, и крепко стиснул его в объятиях. Тихо шмыгнув носом, он прижался лбом к моему плечу. Мне потребовалось приложить усилия, чтобы подавить рвущиеся наружу эмоции.
Как только ему в голову пришло, что я намерен бросить его одного! Нет, какие бы сомнения ни одолевали меня прежде, в этот самый миг все встало на свои места. Я не оставлю Алмаза, не позволю обстоятельствам разрушить наши отношения и постараюсь сделать все возможное, чтобы он чувствовал себя рядом со мной по-настоящему счастливым.
– Не отталкивай меня, – бормотал Алмаз мне в рубашку, – если ничего не получится, я буду тебе другом. Обещаю. Советчиком, помощником, слушателем. Я стану для тебя кем угодно.
– Боже, Алмаз, – чуть отстранившись, я обхватил его лицо ладонями и заглянул в слегка покрасневшие глаза, – ты и так стал для меня
Я с нежностью коснулся губами его губ и почувствовал соленый привкус слез. Пальцы Алмаза ласково поглаживали мою шею, он тихо застонал мне в губы, когда я нехотя прервал поцелуй.
– И частично ты не прав, – прошептал я, проведя носом по его скуле, – я не сомневаюсь в своих чувствах к тебе. Я сомневаюсь только в том, смогу ли выдержать это давление общества. Будь я обычным парнем с понимающими друзьями и простой работой, все было бы гораздо проще.
Я перевел дыхание, поцеловал Алмаза на этот раз более пылко и страстно. Провел языком по его верхней губе, чуть прикусил нижнюю. Со вздохом сожаления отстранился и сжал пальцы Алмаза, чтобы сосредоточить внимание на своих следующих словах.
– Если Серега раскроет всем правду, это ударит и по бизнесу тоже. По нам с тобой, само собой, но вместе мы выстоим. Может, не сразу, но через какое-то время пошлем всех к черту. А вот репутация в кругу бизнесменов – штука непростая. Даже не представляю реакцию сотрудников, постоянных посетителей, партнеров, реакцию отца…он не сможет смириться с тем, что его единственный сын стал геем. Вот в чем проявляются мои сомнения.
Алмаз хмурился все время, пока я сбивчиво пытался объяснить ему свои опасения касательно нашего совместного будущего. Будто бы старательно обдумывал какую-то мысль и не решался произнести ее вслух. Я приподнял одну бровь, подразумевая, что готов выслушать. Ведь я был с ним максимально откровенен и ожидаю того же.
– Федь, а ты готов признать, что ты гей? – ошарашил меня Алмаз неожиданным заявлением.
– То есть? Разве у меня есть выбор? Я влюбился в парня, значит, теперь я гей. В нюансах разбираться никто не станет.
– Хорошо. А как ты себе это объясняешь? Тебя тянуло к парням и прежде, поэтому ты захотел попробовать со мной? Или все вышло иначе?
– И в мыслях не было, – признался я, вызвав у Алмаза слабую улыбку. – Я даже с тобой ничего не планировал, само по себе как-то закрутилось.
– Но ты мог бы влюбиться в кого-то другого? – не отступал он, глядя на меня своими пронзительными серыми глазами в ожидании правдивого ответа.
– Нет. Точно нет, – я притянул наши переплетенные пальцы к лицу и мягко коснулся губами тыльной стороны его ладони. – Только
– Тогда для меня ты не гей, – заявил Алмаз с такой твердостью в голосе, что я на миг даже поразился резкой перемене. Взглянул на него с немым вопросом. – Не хочу вешать на нас ярлыки. Я просто хочу любить и быть любимым. Глупо, знаю. Но большего мне не нужно.
– Вовсе не глупо. И я рад, что ты честен со мной, котик.
Я ласково взъерошил Алмазу волосы под его протестующий стон. Не передать словами, какое же облегчение я испытал после нашей встречи, на которую уже и не смел надеяться. Медленно, шаг за шагом мы приближались к заветной мечте: отпустить страхи и отдаться наконец чувствам.
