– Ладно, поехали, отвезу тебя домой, – я откинулся на спинку кресла, вынужденно отпуская руку Алмаза. Он с грустью посмотрел на свои ладони и тихо вздохнул. – Не обижайся, малыш, у нас еще будет время. Пока надо разобраться с проблемами. Поговорю с отцом по поводу Сереги, расскажу ему всю правду…черт, меня уже начинает трясти. День будет сложным. А еще и на Алену надо надавить, чтобы созналась.
– Я звонил, она не отвечает.
– Кто бы сомневался! Я напишу ей, ответит как миленькая. Найду нужные рычаги давления.
– Но поможет ли это? – с печалью в голосе произнес Алмаз, машинально пристегиваясь.
Я покосился на него, поразмыслив пару секунд над его словами, и завел двигатель.
– Имеешь в виду, остановится ли Серега, когда узнает правду о часах? Черт его знает. Он непредсказуем, раньше у меня получалось предвидеть его поступки, а теперь не особо. Конечно, я до последнего буду надеяться, что он не сдержит обещание рассказать о нас моему окружению, но расслабляться еще рано.
Алмаз не сводил с меня задумчивого взгляда, а мое внимание было сосредоточено только на дороге.
– Я очень за тебя переживаю, Федь.
– Да брось, все будет хорошо, – заверил я его, слыша в собственном голосе нотки фальши. Только ведь недавно готов был биться головой о деревянную поверхность в надежде придумать выход из ситуации, в которой очутился по своей же глупости. – Ты давай отдыхай и не терзай себя переживаниями. Как все разрешится, я сразу дам тебе знать.
Алмаз медленно закивал, не особенно-то и поверив моему наигранному оптимизму. На ближайшем светофоре я обернулся к нему с хитрой усмешкой. Оглядевшись по сторонам и убедившись в отсутствии автомобилей поблизости, перегнулся через центральную консоль и ласково поцеловал парня в мягкие, податливые губы. Алмаз сперва опешил, а затем потянулся ко мне в ответ. Если бы не настойчивый гудок, мы бы не отрывались друг от друга целую вечность.
И почему только мы не встретились гораздо раньше? Я ведь был абсолютно уверен, что мне не повезет среди миллиарда людей найти одного единственного человека, способного меня понять и принять таким, какой я есть, со всеми недостатками и моим скверным характером. Поразительно, что этим человеком оказался парень, но, как и сказала Николь, сердцу приказывать я не вправе.
Судьба распоряжается нашими жизнями, как ей вздумается. И сейчас я от всей души признателен за такой приятный и неожиданный подарок свыше.
Я был благодарен отцу за его желание поработать в кабинете вместо того, чтобы мчаться в офис. Будь у меня такая возможность, я бы тоже перетащил работу домой. Но, увы, бильярдные столики и бар, а заодно и толпу гостей не уместить в такой маленькой и не особо просторной квартирке в многоэтажке.
Собираясь с духом, я осторожно постучался в запертую дверь и дернул ручку. Не имел ни малейшего представления, с чего начну свой рассказ, как вообще объясню ему, что творится в моей голове, когда как сам только недавно разложил все по полочкам. Поведать правду Николь оказалось куда проще, а ведь я даже не знал, что ей пришлось пережить нечто подобное. Но как говорить с отцом на такие откровенные темы?
Как правило, мы старались обходить стороной разговоры о моей личной жизни, а тема семьи и брака являлась чуть ли не запретной в доме. После того, как однажды я высказался на этот счет в самой грубой форме, обозначил, так скажем, границы в наших беседах, отец не решался заводить разговор о женитьбе снова.
Теперь я даже боялся предположить, какая последует реакция, подумает ли он, что по этой самой причине я так бурно реагировал на одно лишь упоминание о браке и детях. А ведь кто-то наверняка женится для прикрытия, уверенный, что лишен шанса на счастливое будущее. Намеренно подавляет свою истинную сущность. Просто безумие!
– Пап, можем поговорить? – дрожащим голосом спросил я, заглядывая в кабинет.
Отец расположился на массивном кресле, закинув одну руку за голову, а второй придерживая ноутбук на бедрах. Глаза быстро бегали по экрану, губы сжаты, брови сведены к переносице, а лоб прорезали глубокие морщины. Порой я забывал, что с каждым годом он все стремительнее приближается к старости. И только перебои с сердцем и периодические обследования напоминали мне об этом. Не хочу испытывать горечь утраты снова, но, к сожалению, наша жизнь состоит не только из положительных моментов.
– Заходи, Федор, – отец махнул мне рукой, ни на мгновение не отрывая взгляда от экрана ноутбука. – Что-то срочное?
Я мялся у двери, не решаясь сдвинуться с места. Если прежде я вел себя в кабинете отца пусть и не развязно, но как минимум расслабленно, то теперь же мое поведение должно было вызвать у него некоторые подозрения.
Приспустив очки на нос, отец окинул меня вопросительным взглядом:
– С проектом проблемы? Садись, в ногах правды нет.
– С ним все в порядке, я хотел обсудить другое.
