— Когда ты спала, — он не вдавался в подробности, но Алекс поднял брови в изумлении, — Ой, ну что ты вылупился, а? Ну прямо трагедия на твоём наглом лице, надо же! Лучше скажи причастен ли ты к покушению на Расула Тагри?
— Нет. С чего ты меня в это приплёл? Я ведь не ломился в Сакраль, если ты помнишь.
— Нет, так нет… — задумался Блэквелл, — Твоё время в Сакрале подошло в концу.
— Винсент! Дай мне час.
— Чтобы что? С Элайджей ты уже виделся, других неравнодушных к тебе здесь нет, — он косо посмотрел на Алису, — Или есть?
— Чтобы проведать Пенелопу, — тихо ответил Алекс и отвёл глаза, — Лишь час, Винсент, прошу.
Блэквелл вздохнул и задумчиво посмотрел на Алекса Вуарно, который избегал взгляда Герцога:
— У тебя двое суток, Алекс. Можешь делать что угодно и где угодно. Можешь остановиться в Пемберли-Беркли и взять там всё, что тебе нужно.
Уголок рта Алисы чуть дёрнулся в полуулыбке, но она по-прежнему смотрела на реку под акведуком, а вот Алекс перевёл поражённый взгляд на Блэквелла и неуверенно протянул руку для рукопожатия:
— Я этого… не забуду, — очень тихо сказал он и через миг телепортировался в Пемберли-Беркли.
Винсент сидел рядом на акведуке и тряс Алису за плечо:
— Эй! Так ты не против? — он держал сигару трясущейся рукой, а из большого пальца второй руки шёл огонь, словно из зажигалки, — Пассивное курение и всё такое… м?
Алиса лишь помахала головой, давая понять, что не против.
— Я не просто не против, а впервые в жизни борюсь с желанием сама закурить.
— Через мой труп. — задумчиво произнёс он и затянулся. Он облегчённо выдохнул через какое-то время, — …Зато мы многое выяснили сегодня.
— Что? — рассеяно спросила девушка.
— Как что? Что никто не читал нашу переписку, ведь в том письме было очевидно, что между нами было — это раз. Следовательно, моя первая догадка была верной: тебя либо кто-то ебёт… не жди, что я буду подбирать слова, когда все силы уходят на борьбу с трансом Архимага! …Либо… ты сама кому-то сказала. В любом случае, кто-то слил тебя Алисетру Вон Райну.
Девушка сидела всё так же неподвижно и совершенно не обременяла себя поисками предателя.
— Ты в порядке? — спросил Блэквелл внимательно глядя за ней.
— Угу, — промычала она без эмоционально, не переводя пустой взгляд с каменной кладки акведука.
— Ничего сказать не хочешь?
В ответ она отрицательно покачала головой, но Винсенту этого было недостаточно:
— Скажи что-нибудь… поговори со мной! — она снова отрицательно махнула головой и закрыла глаза.
— Я хочу побыть одна, — голос девушки прозвучал слабо.
Уйти и оставить её одну он не мог, потому что сердце разрывалось от её вида: она сидела ссутулившись, волосы спутались, взгляд пустой, а из-под траурного платья виднелась обнажённая нога в крови.
— Кровь всё никак не останавливается… — недовольно произнёс он, — Так дело не пойдёт.
Блэквелл достал из кармана ещё один маленький бутылёк с лечебным зельем, откупорил его и поднёс к губам Алисы. Она была необычно покорна и абсолютно не сопротивлялась, даже глаз не поднимала. Винсент наклонил бутылёк и жидкость потекла в рот девушке.
— Пора завтракать, — произнёс он.
— Угу, — снова промычала она безучастно, — Я не голодна.
— Ты должна поесть. Нужны силы для восстановления.
Она резко обернулась и посмотрела с гневом:
— Зачем? Чтобы что? — она почти срывалась на крик, а дальше затараторила, — Это ведь очевидно: они не смогли меня забрать, значит, постараются убить. Вы теперь не будете давать мне заданий, будете прятать ото всех…
— Лис… — он попытался взять её за руку, но она с силой толкнула его в грудь и гневно крикнула:
— ТЫ СПИСАЛ МЕНЯ! ТЫ! МЕНЯ! СПИСАЛ! — она снова ударила его в грудь, её губы дрожали, — Я больше не нужна! Винсент, ты хоть понимаешь, что если я тебе не нужна, то это… конец!
— Что за бред ты несёшь? Как я могу списать тебя?
— А на кой чёрт тогда я тебе сдалась? Ты упрячешь меня в башню своего замка и посадишь дракона. Или… нет! В волшебную лампу! Или… или можно просто подключить ко мне провода, и я буду питать пару городов как электростанция!
Алиса повернулась к нему спиной и затихла, и стояла так абсолютно бездвижно, замерев словно статуя.
— Стоп. Раньше ты рвалась в Мордвин, злилась, что я тебя «отсылаю», а теперь, когда ты здесь, ты злишься, потому что я тебя «прячу»?
— Я не злюсь, — без эмоционально сказала она, — Не злюсь.
— Что тогда? Я не понимаю!
— Просто теперь я бесполезна.
— Не говори так…
